Выудив мобильник из сумки, сразу принимаю вызов.
— Варь, спишь? — раздается в динамике приглушенный голос Арины.
— Нет.
— Слышала про Денежко?
В меня словно молния ударяет. Оторвав спину от сидения, сжимаю телефон в руке до хруста пальцев.
— Что именно?
— Мне Тина сейчас написала. Говорит его сильно избили.
— Избили?! — повторяю, схватившись за шею, — Кто?! Когда?
Боль, острая, слепящая, растекается вдоль ребер и проходит судорогой по всем мышцам.
— Я не знаю… Думала, ты в курсе…
— Я ничего не знаю!..
— Тина, вроде, тоже. Я так и не поняла, на боях его избили или нет… — лепечет подруга испуганно.
На боях?.. Они ведь были вот только что и закончились победой.
— Что с ним, Арин?.. Что сказала Тина?
— Она сама все знает со слов Али. Может, ей набрать?..
— Да, я сейчас позвоню, — говорю я и отключаюсь, не прощаясь.
Только Алька не берет. Я жму на кнопку вызова снова и снова, но она не отвечает. Может, у Леши? А вдруг он вообще в больнице!
Звоню ему — результат тот же. Не берет трубку и в сети нет.
— Эмм… извините, — обращаюсь к водителю, — У меня изменились планы. Вы можете отвезти меня в другое место?
Невольно ежусь, поймав в зеркале заднего вида его недовольный взгляд.
— Не могу. Это проблематично.
— Я доплачу! Пожалуйста!..
— Мне придется сойти с линии…
— Я вас очень прошу!..
Скрипнув зубами, мужчина паркует машину в первом же «кармане» и что-то настраивает в рабочем приложении. Держась обеими ладонями за спинку переднего сидения, я все это время не дышу.
— Скажите адрес.
Я называю его, после чего, водитель меняет маршрут и всего через двадцать минут высаживает меня во дворе Лешкиного дома.
На улице очень тепло, но меня трясет так, что это наверняка видно по моей походке.
Не раздумывая, жму кнопку звонка снова и снова, однако за дверью тишина. Неужели его избили так, что он попал в больницу?! Я не переживу, если с ним случилось что-то серьезное.
Отчаявшись, я ударяю ладонью в дверь прислоняюсь лбом к холодной стене. От еле сдерживаемых рыданий сотрясается грудь.
Разум твердит — разворачивайся и уходи отсюда, а мои слабость и зависимость шепчут: погоди еще немного.
Услышав скрежет дверного замка, вздрагиваю и отскакиваю в сторону.
— Чего тебе?
Заглушив вскрик ладонью, я не сдерживаю слез. Хлынув бурным потоком, они вмиг заливают мои щеки.
— Что это, Леш?! Кто это сделал?!
Половина его лица один сплошной синяк. Один глаз полностью заплыл, во втором полопаны капилляры. Губы и нос тоже разбиты.
— Свали, Варя.
— Кто тебя избил? За что?!
— Уходи, сейчас Алька придет.
Огромная боль за него перекрывает даже ревность. К черту Альку!..
— Это ведь не бои, Леш?..
— Тебя не касается. Иди.
