Послушно протягиваю руку, завороженно глядя на его пальцы.
Он проводит кончиками пальцев, меж которых зажата сигарета, по пятнам от ожогов, задерживается на последнем. А потом подносит свою сигарету к моей коже.
По спине у меня проходит дрожь. Становится жарко. Все это почти интимно. Почти слишком.
Я ощущаю жар раскаленного докрасна кончика сигареты. И уже знаю, что за боль почувствую.
Но Ян почему-то медлит, держа сигарету в чуть подрагивающих пальцах. По листьям редко бьет начинающийся дождь.
– Пепел набирается, – складываю непослушными губами.
И Ян резко прижимает сигарету к моей коже.
Я резко хрипло выдыхаю, едва не дергаясь. Ян сжимает мое запястье в железной хватке, так, что после останутся синяки, и убирает сигарету.
На предплечье расцветает свежий ожог. Сороковой по счету.
– Нам осталось десять дней, – он смотрит мне в глаза. – Ты понимаешь, что это значит?
– Да, – автоматически киваю.
У него широкие зрачки и много лопнувших алых сосудов в белке. А еще короткие слипшиеся стрелками ресницы.
– Ты боишься, – голос звучит как будто у меня внутри головы. – Тебя что-то парит. Скажи мне, и я помогу освободиться. Я здесь для этого. Я хочу помочь. Нельзя уходить из жизни со страхом и сожалениями. Антон."
"Мое имя из его уст звучит как-то мягко, почти ласково. И я говорю. Сбиваясь, давясь собственным дыханием, а потом слезами. Рассказываю про то, как боюсь оставить мать одну. Как люблю ее и одновременно ненавижу. Что чувствую себя трусом. Говорю то, чего ни разу не озвучивал ни в переписке, ни тем более вслух. Слова жгут.
– Как она будет без меня?.. – я чувствую, как некрасиво кривятся мои губы, зажимаю их ладонью, отворачиваясь. Меня захлестывает мутной волной отчаяния. Щеки мокрые от слез.
Ян молчит. А потом вдруг разворачивает меня к себе и как-то неловко обнимает одной рукой, утыкая меня лицом в свое плечо.
От него пахнет сигаретным дымом, кофе и чем-то горьковатым. А еще у него горячие руки.
Я чувствую, как он что-то неслышно говорит, едва касаясь губами моего виска, гладит меня по спине. Ласково, почти неощутимо. Но от этого мне становится только больнее. Я всхлипываю в голос, до боли закусываю губу, понимая, что не могу успокоиться. Меня трясет, слезы льются градом, впитываясь в тонкую ткань его футболки.
– Тише, – хрипло шепчет Ян. Я чувствую скулой его теплые губы. Его волосы щекочут мою шею. – Тише…
Безотчетно стискиваю в пальцах свободной руки его куртку.
Дождь усиливается, тяжелые капли начинают проникать между листьев. Сигарета обжигает пальцы. Вздрагиваю, отбрасываю окурок, одновременно отстраняясь. Ян отпускает меня, отстраняясь на шаг. И мне кажется, что у него растерянный взгляд.
Открываю было рот, но сказать мне нечего.
