- Милена Эдуардовна, ваш супруг Станислав Юрьевич Дурнев, - адвокат снова талдычит про нарушение мной пункта брачного договора, - дает Вам отступные - миллион рублей в денежном эквиваленте и автомобиль Мерседес А-класса.

- Машина - это подарок на мое двадцатипятилетие, - произношу зачем-то.

Делаю это тихо, но меня все равно услышали.

- Вот и радуйся, что хоть что-то у тебя осталось, а так бы, вообще, с голым задом.., - сверля меня глазами, цедит свекр.

- Да, еще ваш супруг передал ювелирные украшения, которые он вам так же дарил, - тут же дополняет адвокат, протягивая мне шкатулку, бутылку воды и стакан.

Мысленно благодарю мужчину за чуткость, потому что мне на самом деле ужасно плохо.

Внутри все дрожит. В голове и глазах туман. Картинка постоянно едет и рассыпается на пиксели.

Пью и понемногу прихожу в себя.

Холодная вода делает свое дело.

Стекая тонкой струйкой в желудок, она даёт мне понять, что я - живая.

Начинаю дышать ровнее. Сердце замедляет галоп.

Мир, потерявший трехмерность, краски, звуки, запахи, начинает возвращаться в свое нормальное состояние.

Комлев, увидев, что мне стало лучше продолжает объяснять, что и где мне нужно подписать.

- Да, этот документ даёт право сторонам не встречаться. Я как адвокат все оформлю сам. Вам только направлю свидетельство о расторжении брака, - поясняет Дмитрий Сергеевич. - Мне только потребуется ваш адрес.

Мямлю о том, что еще не успела квартиру снять, как только это сделаю, сразу сообщу.

Свекор смотрит в мою сторону с нескрываемым презрением.

Его взгляд меня окончательно добивает.

Начинаю злиться, потому что веду себя совершенно по-дурацки. Но… Сделать с этим ничего не могу.

Я никогда не относилась к боевым девицам.

И именно это нравилось Стасу с самого первого дня нашего знакомства.

Муж, нет, уже бывший, всегда это подчеркивал и хвалил меня за мягкость, уступчивость, дипломатичность и интеллигентность.

“Милочка, ты у меня прямо тургеневская девушка!” - тут же всплывают в памяти слова Стаса.

За воспоминаниями о счастливых момента наших отношений со Стасом с нетерпением жду завершения заседания дурневской инквизии.

Понимая, что весь этот сюр тщательно срежиссирован, теряю интерес к происходящему и просто досиживаю до конца дурацкой постановки.

Мне так неприятны ее персонажи, что, получив папку с документами, тороплюсь, как можно быстрее покинуть кабинет. Уже у самой двери слышу слова адвоката, что документы будут готовы через пару дней.

Вместо ответа киваю головой, делаю шаг в коридор и выдыхаю.

Потому как в присутствии отца Стаса чувствую себя котенком, которому отрезают хвост по сантиметру.

Выйдя на ватных ногах из адвокатской конторы, долго сижу на скамейке.

Без единой мысли в голове просто смотрю в небо.

Только спустя время вспоминаю про снимки из клуба.