Но череда счетов от настоящей жизни, предложение которой я принял, привела меня в кресло Краморова. И было не отвертеться.
— Давай, Верес Олегович, не дрейфь. Нужно брать от жизни все. А твоей звезде уже не закатиться. Не после такого яркого возвращения.
В аду я видел этот отдел. Но за свободу придется платить. Уж это Краморов мне забыть не даст.
— Когда вы уходите?
— Сейчас, — усмехнулся он и тяжело поднялся с кресла. — Нас уже ждут в зале для объявления о моей отставке.
Я только прикрыл глаза ладонью, тяжело вздыхая, и поднялся следом.
Конец"
