А в зарубежные они летают всегда целой делегацией, с юристами, помощниками, специалистами, начальниками отделов.
А сейчас он был с Ириной Андреевной.
Очень ухоженной сорокалетней чуть рыжеватой шатенкой. Это ведьма всегда прекрасно выглядит, держится с прямой спиной, высоко и уверенно поднятой головой, сдержанно чуть улыбается и смотрит на меня немного свысока. Так и слышится из её красиво очерченного рта: «Деточка».
Впрочем, Ирина Андреевна такого никогда себе не позволяет, но где-то в глубине её холодных, почти прозрачных голубых глаз… Я всегда вижу превосходство.
Пикантности ситуации придаёт ещё тот факт, что между моим мужем и прекрасной Ириной Андреевной когда-то был продолжительный роман.
Ещё до нашего с ним знакомства, четыре с лишком года они были вместе. Их роман протекал весьма бурно. Пара сходилась и расходилась по несколько раз за неделю, причём с обязательными эмоциональными выяснениями и страстными примирениями в конце. Отголоски этих выяснений были тенью в отношениях между свекровью и мужем даже при моём появлении. И, в конце концов, Владиславу надоели эти качели, и он оставил Ирину в прошлом.
Тем более что она недолго страдала и нашла себе ухажёра помоложе, даже вышла за него замуж впоследствии.
Об этом муж рассказал мне в самом начале наших отношений, спустя почти год после расставания с Ириной, объясняя, почему он пристроил бывшую любовницу в свой секретариат.
Ведь Ирина Андреевна – это пресловутая дочь маминой подруги и хорошая девочка. Не мог же он выгнать её на улицу?
До сегодняшнего момента мне было глубоко плевать, как и чем живёт эта «дочь маминой подруги и хорошая девочка». Главное, что она не лезет в нашу жизнь.
Не лезла.
Но тем не менее отчитывать меня словно школьницу перед ней я мужу не позволю.
– Скажи, а то, что ты наорал на меня в аэропорту связано с присутствием в этой же командировке твоей бывшей любовницы? – спросила я, выруливая со стоянки перед аэропортом на трассу.
– Прости, я сорвался. Были сложные переговоры. – повинился Владислав.
– В Новом Уренгое на вашем дочернем предприятии возникли такие сложности, что ты вышел из себя? – удивилась я.
– Я просто устал. Плохо спал. Мне всё-таки скоро сорок пять, а не двадцать. Силы уже не те, – ответил он.
Я посмотрела мужу в лицо, замечая залёгшие под глазами тёмные тени и сероватый цвет лица.
Устал.
Что это он плохо спал? Чем занимался ночью? Отчего он так устал?
Ревность впервые укусила меня за сердце.
Больно.
– Мне совсем не понравилось, что ты позволил себе повысить на меня голос и накинулся отчитывать публично. На глазах не только незнакомых людей, но и под понимающим взглядом твоей бывшей пассии, которую ты зачем-то таскаешь с собой по рядовым командировкам.
