Он действительно считал, что это изначально была дурная идея — рассказывать кому-либо о ложном обвинении. В конце концов, признание ошибки бросает тень на Михаила II. А как государь поступает с такими людьми, знали все. Тут и самому можно за измену головы лишиться, и род свой под плаху подвести. Пример мятежников это доказывает.

— Могу лишь подозревать, что он с самого начала об этом знал, — произнес великий княжич. — А потому в первый же день учебы обратил на нее внимание. Или ты думаешь, княжич Романов купился на красивую картинку? И раз один раз у Морозовой сработало, то и у тебя получится?

Соколова не ответила, но и отступать не собиралась."

"— Так ты возьмешь меня с собой? — повторила она свою просьбу

Великий княжич Выборгский устало вздохнул.

— Ладно, собирайся, — ответил он, изо всех сил демонстрируя, насколько его утомил этот разговор. — И смотри, я выезжаю через четверть часа. Не опаздывай.

Анна Михайловна бросилась к нему и, ласково потрепав по волосам, чмокнула в щеку.

— Братец, ты лучший!

Она тут же выбежала из комнаты, а Иван Михайлович несколько секунд смотрел ей вслед, после чего достал телефон и быстро набрал сообщение.

Соколов И. М.: Нужно срочно поговорить. Это действительно важно.

Глава 6

Царский Государственный Университет. Княжич Романов Дмитрий Алексеевич.

«Монстр» замер на парковке, и я открыл дверь машины, чтобы выбраться наружу. В этот же миг на территорию вкатились автомобили Соколовых. Гербы великих князей Выборгских сияли особенно празднично, хотя я и не мог сказать, что в них изменилось.

Когда наружу вышел Иван Михайлович, я кивнул второкурснику. Открылась и вторая дверь, я увидел тонкую ножку в сапоге на каблуке, дальше показалась рука в черной перчатке. Один из охранников рода подал ладонь, и великая княжна Выборгская показалась целиком.

В белой шубке с капюшоном, который она небрежным жестом поправила, невзначай сверкая украшениями на запястье, Анна Михайловна смотрелась очень эффектно. Впрочем, на меня она не обратила никакого внимания, тут же повернувшись к брату.

— Я подожду тебя внутри, — объявила Соколова, после чего прошла в сторону главного корпуса ЦГУ.

Иван Михайлович проводил сестру долгим взглядом, после чего направился ко мне. Мы встретились на середине разделявшего нас расстояния, и я поставил купол от прослушивания.

— Доброе утро, Дмитрий Алексеевич, — первым заговорил великий княжич, протягивая мне руку.

Я кивнул, чуть тряхнув его ладонь.

— Здравствуйте, Иван Михайлович. О чем вы хотели со мной поговорить?

Соколов не стал мяться и играть. Сегодня он явно был настроен куда решительнее, чем прежде.

— Я хочу защитить свою семью, — сказал он. — Даже если остальные родственники со мной несогласны.