Давай же, я передумала, теперь образумь старушку. Твоя родственница, ты и выкручивайся.
— Сами разберемся, ба. К тебе самой вон, сосед дед Боря почти переехал. Ничего, я ж молчу.
— А ты в бабкину жизнь не лезь.
— Понял, Корнеев? Не лезь. — снова колбасит меня.
— А она мне нравится. — улыбается баба Галя. — Такая… спесь с тебя сбивать будет. Сочувствую, внучок. Хотя нет, я ей сочувствую, а тебе так и надо. — а потом тихим, немного угрожающим тоном (но таким смешным, по-моему) добавляет. — Еще раз в гости не приедешь, пирожков не получишь.
Чмокает внука, приобнимает меня, а затем уходит. И тут я прорываюсь:"
"— Галина Николаевна, да мы не встречаемся. Я съеду скоро. Съеду. — Зачем-то ору ей в спину. И кажется, меня слышат все, кроме бабы Гали.
— Побереги гланды, детка. Она уже ушла.
— Ладно я тормоз, но ты-то ей чего не сказал, что я к тебе никакого отношения не имею?
— Зачем? Ей ж все равно ничего не докажешь. Тем более, она видела, как мы с тобой… в машине…
— Молчи. Не хочу вспоминать.
Тот отрицательно качает головой.
— Зря. А я бы повторил.
И улыбается, ведя меня к выходу.
— Телефон ты покупать не захотела, на предложение сходить в кафе — промолчала. Домой поехали?
Охотно соглашаюсь, энергично кивая головой.
— А она расскажет твоим родителям?
— О чём? — Брюнет достает ключи из заднего кармана и выключает сигнализацию.
— Мне обязательно вслух произносить это? — Что у парня с соображалкой? Тугая какая-то.
— Не помешало бы, если честно. Думаю… Конечно, она расскажет. Уверен, что уже сейчас с матерью разговаривает.
— Блин.
— Да успокойся. Ты ж сама моей маме говорила, что между нами ничего нет. Так что…
— Ей да. Но, бабуля-то нас застукала. Короче, Корнеев, держи свои губы при себе, понял? Хватит мне уже неприятностей.
— Не понял.
— Вырву удочку. Раскидаю по городу поплавки. Спущу озеро. Так, понятнее?
Наверно, понятнее. Корнеев хмыкнул, а потом и вовсе увлекся дорогой. До квартиры мы ехали в абсолютной тишине. И в этот раз, Вику возле подъезда не увидели.
44
Войдя в квартиру, я тут же улизнула в свою, то есть в Корнеевскую, комнату. Всем сердцем чувствовала, что мне нужна минута передышки. Секунда спокойствия и тишины, перед тем как выйти и увидеть барина, развалившегося на диване. А еще нужно успеть затариться кислородом, ведь есть огромная вероятность, что парень там опять перед телевизором в одних шортах загорает.
Тут сами понимаете, сложно глазки-то прикрыть и не начать облизываться с открытым ртом. Тем более, когда ты всю жизнь была домашней девочкой, а голые торсы только в кино и видела. И то, еще отворачивалась, когда такое тело неожиданно выскакивало на экране, а я в этот момент рядом с родителями сидела. А Корнеев реальный.
