Лица злобных женщин кажутся неправильными тоже. Внутри звенит от ощущения опасности.
Откусываю кусочек хлеба и медленно его прожёвываю.
— Ешь давай, — не выдерживает Хота.
Вскакиваю из-за стола:
— Спасибо, но мне не хочется.
Женщины тоже поднимаются из-за стола. Не дожидаясь того, что последует дальше, позволяю себе поддаться чувствую опасности, которое уже вовсю вопит: «Беги! Беги отсюда! Скорее!»
Забегаю в комнату и слышу за спиной топот — каким-то чудом у меня есть фора, но это не надолго. Открываю окно, выпрыгиваю в сад и прячусь за ближайшим пышным кустом. Затаиваюсь. Даже дыхание задерживаю, чтобы себя не выдать. Только повторяю про себя: «Меня здесь нет. Меня здесь нет»…
— Сбежала, поганка! — доносится из спальни голос Марты.
— Ничего, когда-нибудь проголодается, — хмыкает Хота.
Они замолкают. Сижу, делая осторожные вдохи и продолжая твердить: «Меня здесь нет. Меня здесь нет». Через пару минут слышу разочарованное:
— И правда, сбежала. Вот змеюка мелкая! Пойдём.
Слышу шаги, звук хлопающей двери и обхватываю колени руками. Чувство опасности стихает, замирает на донышке, готовое снова в любой момент вернуться. Отчётливо понимаю, что пока идти в свою комнату мне нельзя.
Мысленно перебираю места, где можно переночевать. В деревню нельзя — меня сразу вернут, если увидят. Им ничего не докажешь: я маленькая, а значит, должна слушаться взрослых. А взрослые думают, что сбегать плохо, и не верят детям. Даже староста не поверит, что уж говорить об остальных.
Сегодня ночью пойдёт дождь, так что прятаться в саду тоже нельзя — промокну. Может быть, в сарай? Я помню, что в одном была солома. Старая, но это всё равно лучше, чем ничего.
Жду, пока совсем стемнеет, а затем осторожно выбираюсь из своего укрытия. Иду тихонько, прячась за кустами, чтобы злые женщины не смогли меня увидеть, если вдруг не вовремя посмотрят в окно. Это занимает много времени, но я справляюсь.
Сарай встречает полумраком. Хватаю охапку сена и тащу в самый дальний пыльный угол, скрытый кучей хлама. Кажется, что так будет надёжнее. Обогнув кучу, натыкаюсь на два ярко горящих в темноте жёлтых глаза. В голове раздаётся:
— Не бойся! Я тебя не обижу!"
"Желтые огоньки приближаются, а потом часть тьмы формируется в кошку. Она садится, позволяя себя получше разглядеть. Голова кошки вровень с моей. У неё пушистая мордочка, удлинённые ушки и красивая чёрная шёрстка. Улыбаюсь:
— Вот ещё! Бояться тебя! Делать мне нечего… Меня Татина зовут. А тебя?
— Чернышка. Хочешь, покажу своих котят?
— Спрашиваешь!
Котята похожи на два пушистых клубочка. Сверкают жёлтыми глазками и смешно шевелят усами. Кошка укладывается рядом с ними, и появляется ощущение, словно она улыбается:
— Ложись и рассказывай.
