Глава 1895
Генерал искоса взглянул на собеседника, но на лице Ирмарила не появилось ни улыбки, на какой-либо другой детали, которая указывала бы на то, что тот пошутил, а бог солнца славился своим легким, пусть и вспыльчивым, но смешливым характером.
— Но…
— Это секрет, — подмигнул Ирмарил и, закинув руки за голову, раскинулся на поднявшихся под его спину бутонах звездных цветов. — Мы специально скрыли их от остальных богов, чтобы не вызывать… ненужных порывов.
Генерал не знал, что и сказать. Миристаль никогда и ничего не рассказывала ему на эту тему, а ведь они являлись близкими друзьями. Да что там — иногда Черному Генералу казалось, что ближе Миристаль у него в принципе никого не было.
Но он не держал на неё ни обиды, ни зла. Эта была их с Ирмарилом тайна. Их и их… детей. И Путеводная Звезда не должна и не обязана была делиться этим пусть и с ближайшим, но другом.
— А ты…
— Никто нас не услышит, генерал, — словно прочитал его мысли Ирмарил. — Ты этого не замечаешь, потому что твой меч уже давно в ножнах и ты его не обнажаешь, даже в тренировочных поединках с Дергером, но твоя сила неустанно растет.
Генерал сжал и разжал руку. Он не чувствовал за прошедшие эпохи особых изменений в своих возможностях. Разве что он познакомился с чем-то, что Ляо Фень называл эхом человеческих эмоций, а еще, порой, ему снились сны. Иногда удивительные, порой пугающие, но куда чаще — завораживающие.
В этих снах генерал словно был собой и, одновременно с этим, не был. Он видел то, что еще не происходило или еще не происходило, а может никогда и не произойдет вовсе. Иногда он жалел об этом, иногда радовался.
И каждый раз, когда засыпал на годы и десятилетия, ждал, что снова сможет пройтись по гранитным мостовым странного города, где здания поднимались разноцветными каменными волнами пышных дворцов, а люди, так простые и легкие, были поглощены своими, такими же простыми и легкими, на фоне распрей Безымянного Мира, делами.
Генерал отдыхал в этом городе, но тот, увы, все реже и реже посещал его сны.
— И кто они? — с удивлением для себя же, спросил генерал.
— Ифриты, — тут же ответил Ирмарил, не делая из этого никакого секрета."
"Ифриты… ну да, разумеется. Кто же еще. Разумные дохи из чистого пламени, способные, в то же время, создавать себе тела из плоти, покрытые кожей цвета мерцающего серебра.
Хаджар видел несколько из них во время войны с тварями Грани. Отважные и достойные ребята, хоть и вспыльчивые, а порой, наоборот, задумчивые.
Огонь и серебро.
Вспыльчивость и задумчивость.
Он мог бы и догадаться, если бы… если бы тогда это его волновало.
