В тот же миг теперь уже не только ледяной диск, а весь зал покрыли водяные круги. Когда они исчезли, то Хаджар обнаружил себя стоящим около того самого ручья.
Он видел отца, баюкающего маленькую Элейн. Видел мать, которая расчесывала его волосы и мягко приговаривала:
— “не бойся… я здесь… все будет хорошо…”.
— Они ждут тебя, Хаджар, — послышался шепот Ана’Бри. — Прими мои объятья и ты будешь с ними. Всегда. Вечно. До тех пор, пока течет вода.
Хаджар сделал шаг вперед.
Они ждали его…
Затем еще один шаг.
Он так по ним скучал…
Что-то скатилось по его щеке. Небольшая капля влаги.
За мгновение перед тем, как сделать еще один, последний, решающий шаг. Хаджар краем глаза увидел чье-то отражение в воде.
Это были чьи-то волосы. Сперва он подумал, что они принадлежали Анис. Но нет. У мечницы пусть и были темные волосы, но эти могли бы посоперничать с безлунной ночью.
Почему-то он понял, что, кто бы ни был хозяином этих волос — он очень его ждет. И только от Хаджара зависит, выживет ли этот человек или нет.
Отражение, появившееся в том месте, где упала снежинка, просуществовало лишь мгновение.
"— Нет, — сказал Хаджар. Он вновь стоял посреди ледяного зала, а перед ним возвышалась рассерженная Ана’Бри. — Мое время еще не пришло, сидхе. Я не стану ни твоим, ни чьим-либо другим слугой. Не до тех пор, пока в этом мире есть те, кто нуждаются во мне.
— Глупец! — закричала ведьма и от её крика потрескались стены. — Тогда я ускорю твою судьбу!
Она вновь взмахнула рукой и под ногами Хаджара, в отражении льда, появилась та самая заснеженная брусчатка.
Глава 686
Глава 686
Хаджар попытался было призвать Зов и Черный Клинок, но не смог пошевелиться. А в руках Ана’Бри уже появился ледяной арбалет.
— Я бы заботилась о тебе, глупец, — она положила в ложе ледяной болт. — так же, как забочусь о всех слугах. Но этого ты уже не узнаешь. Умри!
Она надавила на спусковой крючок. Ледяная тетива пропела смертельную песню и болт сорвался в стремительный полет.
Луч закатного солнца отразился в наконечнике. На мгновение он ослепил скованного чужой волей Хаджара. Кто-то, возможно, скажет что это к лучшему.
Но настоящий воин предпочтет смотреть в своей смерти в глаза. Без страха и сожалений за бесцельно прожитые годы. Именно так, как он будет, вскоре, смотреть в глаза праотцов…
— Брат!
— “Неро?” — мысленно удивился Хаджар.
А затем громыхнул масштабный взрыв. Секундная слепота прошла. Хаджар, увидел, как взорвалась стена, к которой крепился ледяной балкон.
Из неё, окутанный тенями, вылетел Эйнен. Погруженный внутрь теневой обезьяны, он перемахнул через все разделявшее их пространство и приземлился прямо перед другом.
