Но там, в гостевых спальнях, не подозревала о нависшей опасности беременная подруга, а еще родители мужа и его брат с женой. Они все – моя семья, и не мне решать, кому жить, а кому уснуть и не проснуться. Притоптала искры на тлеющем половичке, затем обернулась им на манер щита и прыгнула сквозь жуткую стену пламени."

"Казалось, легкие выжгло огнем. Я упала на колени и закашлялась, глаза заслезились от едкого дыма, проникающего в уши, нос, рот. Из-за жаркого марева ничего не было видно. Я бросилась в спальню Соньки, которую любила как родную сестру. По пути нарочно барабанила по закрытым дверям в надежде, что кто-то проснется. Комнату уже заволокло дымом. Огонь с первого этажа быстро распространился по всему дому через технические пустоты внутри стен. Я схватила попавшийся под руку стул и с силой запульнула его в окно. Вместе со звоном битого стекла в помещение ворвался морозный воздух. Он сбил слабое пламя с окон и выдул скопившийся дым.

Подруга пришла в ужас, когда я приказала ей прыгать со второго этажа. Спросонок Сонька плохо соображала, но стоило напомнить, что под угрозой жизнь малыша, как она мигом собралась. Под окном как раз располагался козырек, а сбоку скопилась приличная гора снега, так что подруга ничем не рисковала. Похватав первые попавшие под руку вещи, она спешно оделась и выбралась наружу. Я же бросилась к остальным, перед этим обернувшись в простыни, на которые вылила воду из-под цветов. Даниил с женой услышали шум, оделись и жались к распахнутому окну. Им не повезло в том плане, что окна выходили на палисадник, и они рисковали упасть на заостренные колья забора или штыри, вкопанные для поддержки цветов. Зимой острые клинья в снегу выглядели угрожающе, и я понимала, почему Штормины замешкались и не желали рисковать.

– Идите к Софье, там можно безопасно спуститься! – крикнула им.

Но Лиза категорически отказывалась прыгать через огненную преграду. Какое-то время ушло, чтобы убедить ее, что гораздо опаснее оставаться на месте. Благо Миша нормально соображал и молча перекинул жену через пламя.

– Кто еще остался? – спросил он, прижимая к себе супругу.

– Родители, – я беспомощно оглянулась на бушующую стихию, поглотившую лестницу и отрезавшую путь на первый этаж. Прогоревшие ступени с грохотом обрушились, подтверждая худшие опасения.

– Лиза, иди! – Миша попытался спровадить супругу через единственный безопасный путь, но та клещом вцепилась в мужа и завыла раненой белугой.

– Идите оба! Позаботьтесь об Иришке и Олежке, скажите Коле, что люблю его! – я подтолкнула Михаила к комнате сестры.

– Ты что задумала? – Миша вцепился в мою руку. – У них нет шансов. Сама погибнешь и их не спасешь!

– Я должна попытаться!

– Сдурела? Уже крыша занялась, скоро все обрушится.