– Папочка!
Беленькая, пухлая, как херувимчик, Бобби всегда была очень ласковым ребенком.
– Илзе говорит, что мы плохо себя ведем и не поедем в Ин-та-кет. Это неправда, верно?
Джек поставил дочку на пол.
– Не приставай к отцу, Роберта, – велела Илзе.
– Но мы любим Ин-та-кет. Даже Роуз. Верно, Роузи?
Четырехлетняя Роуз как раз вытаскивала тюбики помады «Диор» из материнской косметички, ломала их и размазывала по полу розовую липкую массу. Няня была слишком занята, строя глазки боссу, и потому ничего не замечала.
– Могу я чем-то помочь, сенатор Уорнер?
– Нет! – отрезал Джек.
Нантакет! Он и забыл! Этот ублюдок Брукштайн прошлой ночью пригласил их в свое поместье. «Можно подумать, мы такие близкие друзья!»
Джеку пришлось переломить гордость и долго себя уговаривать, прежде чем обратиться за поддержкой к Ленни. Джек никогда не сделал бы ничего подобного, не окажись он в отчаянном положении. Но он оказался на краю пропасти. И Ленни это знал.
Все началось как способ снять стресс. Несколько невинных ставок то тут, то там, на скачках или за игорным столом. Проигрыши росли, а вместе с ними и страсть к игре. Именно игра высветила азартную сторону натуры Джека Уорнера, о которой тот до сих пор не подозревал. Это было волнующим, возбуждающим и… вызывающим привыкание. И стоило ему все дороже. В смысле финансов. Но и политический риск был огромен. Вся карьера Джека была построена на его репутации порядочного, консервативного христианина. Пусть в неодолимом влечении к игре нет ничего незаконного, однако если это станет широко известно, он в мгновение ока потеряет массу голосов.
– Ты должен прекратить это, Джек, – не тратя лишних слов, заявил Фред Фаррел. – Немедленно. Выплати все долги и начни с чистого листа.
Если бы все было так легко! Выплатить долги? Но где взять деньги?"
"Наследство Онор ушло на дом и образование детей. Как сенатор, Джек получал сто сорок тысяч в год: жалкая часть того, что он зарабатывал адвокатской деятельностью, и капля в море его долгов. К несчастью, кредиторами были малоприятные люди, не пользующиеся уважением в обществе.
Ничего не поделаешь. Придется подоить зятя. Конечно, стыда не оберешься. Но как только он объяснит ситуацию, Ленни его выручит. Ленни способен многое предвидеть. Когда станет президентом Джек, отплатит ему сторицей. И Ленни это известно.
Оказалось, однако, что Ленни этого не знал и знать не хотел. Вместо того чтобы выписать чек, он прочел Джеку лекцию.
– Мне очень жаль тебя, Джек, правда. Но ничем не могу помочь. Мой отец был игроком. Превратил жизнь бедной мамы в ад. Не будь у него друзей, которые раз за разом выручали его, кошмар кончился бы куда раньше.
