Сзади послышались шаги, кто-то шел, старательно ставя ноги между рядами датчиков.

«Сюда прется», – подумал Джим, беря на прицел противного мужика в ложе. Он уже решил, что начнет с него, а закончит… Впрочем, может, это и не дети, а какие-нибудь ряженые. Готовясь стрелять по ним, Джим искал для себя хоть какое-то оправдание.

Шаги за спиной становились все громче, Джиму казалось, что от них расходится эхо и раскачивает его вместе со зданием – тук, тук, тук…

«У меня бред», – сказал он себе, чувствуя, как намокает спина.

– Внимание, цель единственная – мальчик! Открыть огонь с полным расходом боезапаса!

«Ну, вот и все…»

Теперь Джим увидел только длинный туннель и в конце его словно освещенный софитами – ОБЪЕКТ ПОРАЖЕНИЯ.

Он что-то говорил, поворачиваясь то к женщине, то к девочке – наверное, сестре, но все его движения были необыкновенно замедленны.

«Открыть огонь с полным расходом боезапаса…» – снова прокрутилось в мозгу Джима.

«Что ж, это мы можем».

Шаги сзади уже звучали словно удары тарана в крепостную стену – бум-м-м, бум-м-м, бум-м-м!

«Точно – бред».

Джим нажал спусковой крючок, но выстрела не услышал и отдачи не почувствовал, зато хорошо увидел, как улетает прочь заряд, унося свою сокрушительную мощь.

Но Тони, как всегда, опередил, сверкнув молнией, его пуля ударила в объект первой и выбросила его из кресла. Пуля Джима настигла объект в полете и отбросила еще дальше, тело мальчика запульсировало красными вспышками и медленно завращалось в воздухе.

«Целиться удобно», – машинально отметил Джим, стреляя еще и еще раз. Объект вращался в воздухе, меняя направление и словно нехотя переваливаясь то на одну, то на другую сторону.

Пока еще он оставался целым, но вот, после очередного попадания Тони, Джим увидел, как тело мальчика или то, что под него было закамуфлировано, начало фрагментироваться – яркие огненные полосы пробежали по нему, образуя что-то вроде сети меридиан. Джим выстрелил последним патроном, и объект распался в яркой ослепительной вспышке.

«Пора…»

Оставив КПТ, Джим сбросил капюшон и обернулся. Стоявший в нескольких метрах от него солдат держался за живот, другие – возле стен, застыли в неправдоподобно напряженных позах. Джим не сразу понял, что это Тони стреляет в них, вот только пули его очень медлительны, а выброшенные затвором гильзы вообще повисли в воздухе.

Бу-бу-бу – прозвучало в эфире.

«Помехи, наверно», – подумал Джим.

– Уходим! – сказал Тони, подхватывая свою винтовку, и они поспешили к лестнице, но, странное дело, расстрелянные Тони солдаты все еще стояли вдоль стен с искривленными от боли, удивленными лицами… Впрочем, сосредоточиться на этой мысли Джиму не давало нестерпимое жжение, его руки, ноги, голова, казалось, были объяты пламенем.