Нужная ему дверь оказалась справа.

Комната, в которую вошел Себ, была больше и обставлена лучше, чем та, которую он только что покинул.

Его невеста, откинув фату, – выглядела она очаровательно, – стояла у витражного окна. Ее мать, которая никогда не вызывала у него теплых чувств, сидела в кресле. Она умолкла, когда он появился, однако Себ услышал слово «адвокат».

– Сандра. – Он склонил голову.

– Меня еще никогда так не унижали! – заявила та.

Ее голос всегда действовал ему на нервы.

Себ повернулся к невесте. Она силилась улыбнуться.

– Ты звезда, – тепло произнес он. – Прежде всего: все, что она сказала, – ложь.

Пожилая женщина фыркнула.

– Мама, это не поможет ситуации. – Элиза подняла руку, ее лицо исказила мука, но затем на губы вернулась улыбка. – Пожалуйста, Себ, в самом деле, нет необходимости в объяснениях. Я думала, ты это понимаешь. Я полностью доверяю твоей способности разобраться с таким безобразием.

– Все имеет свою цену.

Себ повернулся к будущей теще.

– Благодарю вас за этот вклад, Сандра. – Его сарказм до нее не дошел. – Я не сделал ничего, за что должен заплатить.

– Мама, Себастьян более чем способен со всем разобраться.

– Он позволил этому произойти!

Себ не стал обращать внимание на обвинение, произнесенное визгливым голосом.

– Ты веришь мне, Элиза?

Она отвела глаза:

– Я считаю, что абсолютно несущественно, правда это или ложь, Себастьян.

– Значит, ты допускаешь, что я сделал другой женщине ребенка и благополучно ее бросил? – протянул он.

– Ты предпочел бы, чтобы я играла роль оскорбленной жертвы?

Себ взглянул на ее руку, лежащую поверх его руки, и спустя секунду Элиза ее убрала. На щеках девушки сквозь безупречный макияж проступил румянец, улыбка стала натянутой.

– Послушай, я знаю, – начала она, – что ты разделяешь мою неприязнь к некрасивым сценам. Но твое поведение любого может навести на мысль, что ты хочешь, чтобы я устроила сцену.

«Хорошее замечание. Так, как ты хочешь, Себ?»

– Я могла бы, но чего бы я этим достигла? Я реалистка. Мы оба реалисты. Нам нужно вернуться туда, нацепив на лица маски гордости, и показать всем, что мы – команда.

Что ж, предложение было весьма дельным.

– Сейчас необходимо свести ущерб к минимуму. Мама права: просто заставь ее молчать.

Он уже давно понял, к чему все идет. Себ тряхнул головой, словно от этого должно было проясниться в глазах. Не прояснилось.

– Как я это сделаю?

Элиза утратила остатки спокойствия и воскликнула:

– Ради бога, не притворяйся тупым! Подкинь ей немного чертовых денег – у тебя их достаточно! Сегодня мой день, и я отказываюсь… – Она сделала глубокий вдох и понизила голос, причем в нем зазвучали стальные нотки.