Может, он здесь просто проездом?
Вспомнила, как легко в прошлом он добыл на меня всю информацию, включая номер банковского счета, и стало по-настоящему страшно. Если увидит дату рождения Алисы, то все поймет. Хотя… зная Руслана, скорее подумает, что я забеременела от своего бывшего парня. От которого он спас меня семь лет назад.
Во рту разлился неприятный привкус горечи. Я прижала к себе дочь сильнее. Тревога меня все еще не отпускала.
За те несколько мгновений, что смотрела на него, успела заметить, что он изменился. Заматерел. Появились первые морщинки. Плечи, кажется, уже не такие широкие, как я помню.
На глаза навернулись слезы. Тупая фантомная боль резанула по сердцу. Я вспомнила, как семь лет назад ждала его в аэропорту. Надеялась, что поедет за мной. Дурой была такой наивной, что стыдно за себя.
– Спасибо. – Протягиваю водителю деньги и выхожу на улицу, помогая дочке выбраться из машины.
– Мамочка, ты сильно злишься, что я потерялась? – спрашивает она, поднимая на меня виноватый взгляд.
– Нет, солнышко, не злюсь. Только так не делай больше. Я ведь много раз говорила: в многолюдных местах от меня нельзя отходить.
– Да, мама, – опустила голову Алиса, театрально вздохнула, словно на ее плечах лежит вся тяжесть этого мира.
Несколько минут спустя, когда мы доходим до парфюмерного магазинчика, Алиса не выдерживает и спрашивает:
– Но ты грустная, мама, и со мной не говоришь. Обижаешься, да?
Я делаю усилие над собой. Я должна быть сильной ради дочери.
– Я просто думаю о работе, дочь. Ну и переволновалась за тебя, конечно. – Поправляю шапочку на ее голове. – Давай поспешим, еще цветы купить нужно, – через силу улыбаюсь я, открывая дверь магазина."
"Мама теперь живет с мужчиной. Сначала она боялась поверить в свое счастье, потом долго сомневалась, стоит ли связывать себя узами брака, довериться, но в итоге приняла правильное решение.
Михаил Леонидович – главный инженер на том же заводе, где мать работала уборщицей. Мама никогда мне даже не намекала на то, что в мире существует мужчина, к которому она проявляет чувства.
Помню, как он впервые к нам в гости заглянул. Мама так смущалась нашего убогого жилья, старой плитки в ванной комнате, текущего крана и мебели, которая старше меня вдвое.
Михаил Леонидовчи тогда осмотрел квартиру и молча вышел. Мама была на грани истерики.





