– Вы фотографировали Клару в ванной комнате по вечерам?
Он скривил рот.
– Клара вас опознает.
– Не думаю, что до этого дойдет. – Вессели был очень самоуверен. Но по какой причине?
Почему он оставался таким собранным и спокойным? И почему так любезно отвечал ей?
Тут она услышала шорох за дверью. Вессели резко повернул голову. Дверь распахнулась, и в хижину, тяжело дыша, вошла Тина.
Вессели тут же вскочил и поднял руки вверх.
– Вы должны мне помочь! – взмолился он. – Эта женщина сумасшедшая. Она угрожает мне пистолетом. – Он сделал шаг в сторону Тины.
– Не приближайся к нему! – предупредила ее Сабина.
Тина отступила на шаг и пересекла комнату.
– Фрау Мартинелли, вы должны мне помочь. Эта женщина не знает, что делает…
– Я слышала ваши последние фразы, – сказала Тина.
– Ну и что? – Вессели направился к ней, разведя руки в стороны. – Мне угрожали оружием и заставили это сказать.
– Не старайтесь, мудак! – выругалась Тина и встала рядом с Сабиной.
Вессели был убедительный актер, но Тину его игра не впечатлила. Она взглянула на стол, где лежали бумаги Евы-Марии Ауэрсберг. – Без глазной повязки вы выглядите уродливо, – холодно произнесла она.
Скрип половиц за спиной заставил Сабину вздрогнуть. В тот же самый момент она поняла, что Вессели до этого разговаривал не сам с собой и в хижине был кто-то еще. На секунду у нее мелькнула сумасшедшая мысль, что это Ауэрсберг, которая вовсе не покончила с собой.
Сабина обернулась и увидела, как кто-то сзади вводит инъекционную иглу Тине в шею. Ее подруга вскрикнула. Одновременно Сабина заметила краем глаза, как Вессели набросился на нее. Она вскинула оружие и выстрелила, но промахнулась, и пуля расщепила дверь. Тут Вессели схватил ее за руку с оружием и ударил коленом в челюсть.
У Сабины подкосились ноги, она запнулась и навзничь упала на пол. Хотела прицелиться в Вессели, но он уже навис над ней и замахнулся поленом.
Она почувствовала удар по виску, и комната начала кружиться. Рядом послышался грохот. Это Тина упала на пол. Шприц все еще торчал у нее в шее.
Слова Вессели звучали глухо, словно через стену.
– Не нужно было так долго ждать…
Сабина повернула голову набок. Прежде чем все вокруг нее почернело, она увидела очертания человеческой фигуры, которая стояла за ними, и медленно расплывающееся лицо. Эти глаза навыкате и сумасшедший взгляд она узнала бы всегда и везде.
Это были глаза не Евы-Марии Ауэрсберг, а доктора Лауренца Белла.
67Очевидно, в какой-то момент Лазло захотелось скорее закончить свой цикл, и он начал татуировать одновременно двух девочек. Для Клары это была счастливая возможность – иначе ей никогда не удалось бы сбежать.
