Ее брат вел за руку незнакомую девушку, и я не стала подходить."

"Постою в сторонке, меня никто и не заметит. Тем более что рисунок на спине наконец угомонился.

Карину Скау окружила стайка придворных дам, и на меня герцогиня больше не обращала внимания. Ее дочь мило болтала с Симоном Гольдбергом и улыбалась. Я повернулась, чтобы пойти дальше, и встретила взгляд его отца.

Гольдберг-старший решительно отставил бокал и преодолел те несколько шагов, что нас разделяли.

– Добрый вечер, леди Лунд, – произнес он.

Его улыбка мне совсем не понравилась, но я вежливо приветствовала его и попыталась пройти мимо.

Этого мне не позволили. Герцог преградил мне путь и задал вопрос:

– Куда вы так спешите, леди? Когда я видел вас во дворце Правителей Севера, то и подумать не мог, что вы будете учиться на одном курсе с моим сыном. И даже не догадывался, что будете претендовать на наследство Лассалей.

Я вскинула голову и заглянула ему в глаза. Взгляд герцога был… оценивающим. А мой – упрямым, но Гольдберг только вскинул бровь и мягко произнес:

– Вы ввязались в игру, которая вам не по силам, леди. Надеюсь, вы не принимаете интерес Симона за чистую монету?

– Разве Симона может заинтересовать такая девушка, как я?

Голос не дрогнул, а мой собеседник серьезно кивнул.

– Рад, что вы это понимаете. Леди в вашем возрасте не склонны принимать советы от старших, но я считаю нужным вам его дать. Возвращайтесь на Север. Здесь не любят девушек из вашего герцогства, так вышло. Никто не позволит северянке получить эти земли. У нас своих претендентов хватает.

Я ничего не ответила ему. Настал мой черед разглядывать герцога и прикидывать: знает ли он о планах Барта и Строцци.

Есть, конечно, вероятность, что Строцци и сам не понимает, во что ввязывается, принимая помощь ректора.

Притихшая было татуировка вдруг зашевелилась и молнией метнулась к плечу. Я резко накрыла его рукой, пряча темный край узора, и заявила, глядя в глаза герцогу:

– Моя мать с Запада, у меня достаточно магии хранителей. И ни капли – стражей. Мне предназначено судьбой учиться здесь.

Гольдберг скривился.

– Ваши северные рассуждения о судьбе…

– …Весьма интересны, не так ли?

Голос, который раздался за моей спиной, заставил вздрогнуть нас обоих.

Гольдберг поднял взгляд и процедил:

– Господин Тулун. Что привело вас на этот скромный праздник?

Я повернулась к дракону и пробормотала приветствие. На большее меня не хватило: приходилось мысленно успокаивать татуировку. Та, наконец, начала засыпать и скрылась под платьем, но возвращаться на спину не собиралась.

К счастью, посланник лишь мимолетно кивнул мне и ответил герцогу:

– Выполняю свою работу. Хотел убедиться, что приказ императора исполнен в точности.