Что ты с ним делать будешь дальше? Держать в своей комнате и кормить колбасой до выпуска?

– Ну да, а что?

Какое-то время Бланко молчал. Я видела, что ему хочется высказать мне очень многое. Но сказал он только одно:

– Подумаю. Феликс, верни Марту в ее комнату.

Его пернатый приятель послушно бросил одежду и подлетел ко мне. В мою ладонь снова лег кончик длинного шелковистого пера. Золотая магия на миг ослепила меня. На этот раз приземление вышло помягче. Я упала на свою кровать с расстояния пары ладоней. В следующий миг Феликс исчез. Наверное, вернулся к хозяину.

Я растянулась на кровати и задумалась. Поход к декану принес новые неожиданности. Но вопросов было больше, чем ответов.

Что это за магия? Почему татуировка причиняет ему боль? Почему она переползла на меня и, самое главное, как вернуть ее обратно?

То, что мы не обсуждали вчерашнее, скорее радовало. Еще бы забыть поцелуй вместе с тем, что я сегодня оказалась в постели декана, пусть и на миг. А еще лучше выкинуть из головы и самого Бланко и заняться учебой. Завтра понедельник.

Стук в дверь вырвал меня из размышлений. Я нехотя поднялась с постели. Нарочито медленно поправила форму. Кажется, я знаю, кто это…

Интуиция меня не обманула. На пороге стоял Симон Гольдберг.

Я молча посторонилась, пропуская его в комнату. Говорить с ним совсем не хотелось, но придется. Надо узнать, что ему рассказал отец…

Как только я заперла дверь, парень спросил:

– Довольна? Я впечатлен тем, как ты обставила Строцци. Блестящая игра.

– Мне помогал декан Бланко, – ответила я.

Симон тут же посерьезнел.

– Об этом я и хотел поговорить. Он узнал тебя?

Я сделала невинное лицо.

– Твоими молитвами, нет. Но отвязаться от него вчера было сложно.

Теперь я внимательно смотрела на своего однокурсника, пытаясь понять: знает он про поцелуй или нет.

Парень выдохнул с облегчением.

– Отлично. И отец ничего не заподозрил. Едва ли не пытал меня вчера, но я молчал. Думаю, наше сотрудничество принесло тебе пользу, не так ли?

– Проблемы оно мне принесло, – проворчала я. – Теперь все будут искать девушку, которая забрала браслет. Адриан, Строцци…

Симон развел руками.

– Да, конечно. Разве ты не понимала, на что идешь?

– Да я вообще не понимаю, почему здесь все бегают за этим наследством, – раздраженно сказала я.

– Но теперь ты в игре, – улыбнулся парень. – Удачи, Марта.

С этими словами он ушел. А я не могла избавиться от мысли, что стала фигурой в другой игре – той, которую ведет наследник Гольдбергов. И играет он в этот раз, похоже, против собственного отца."

"Остаток выходного я провела за насущными делами. Сначала пришлось избавиться от платья. Слишком приметное. К счастью, его можно было отослать домой без объяснений.

Я завернула его в ткань и написала письмо для Анны.