Интересно, он хоть раз в жизни раздевал женщину? Около полуминуты мне пришлось потратить на то, чтобы объяснить юноше – шнурки и брючные ремни – это мужские фенечки, которые очень трудно найти на женщине, если она одета в туфли на шпильке и короткое джинсовое платье. Сержант смирился, но на всякий случай предупредил:
– Смотрите, если что, мне попадет."
"Я пообещала, что не попадет. Голова болела ужасно, таблеток с собой не было, и я с нетерпением ждала того момента, когда появится Ползунов. Почему-то мне казалось, что должен прийти именно он. Так и вышло. Он зашел в «дежурку», кивнул сержантику, который пытался принудить меня заняться стриптизом, и подошел ко мне. Полная отрешенность не помешала мне задуматься. А чего это мент из далекого Павловска кивает головой помощнику местного дежурного, и тот узнает его, как родного? День сегодня состоит из каких-то эпизодов, на первый взгляд никак не связанных между собой, однако такое впечатление, что все сегодня стараются исключительно для меня.
– Скажите, Ползунов, меня не снимает скрытая камера?
Он опустился в кресло, закурил и только после этого заметил, что если бы это была шутка, то по всем правилам она должна была закончиться еще в кабинете Варяскина. И еще добавил:
– Но отчасти вы правы. Скрытая камера вас снимала. И даже не одна. Первая была закреплена в букете синтетических цветов, что стоят в вазе у вас на столе, в офисе, а вторая – у вас в квартире, в сломанной розетке. У вас дома есть неработающая электрическая розетка?
Я первый раз в жизни почувствовала, как пот выступает мгновенно. Высоким тонусом потоотделения я никогда не страдала, но, едва вспомнила о розетке, которая месяц назад почему-то вышла из строя, ощутила на спине жар и тоненькую струйку, стекающую по позвоночнику. Мужик в этом случае, наверное, сразу начнет вспоминать, когда он перепрятывал в комнате деньги, я же лихорадочно начала соображать, когда в моей спальне в последний раз был секс. Выходило, что роликов пять-шесть этот пожиратель беляшей просмотрел… Господи, а сколько раз я напротив этой проклятой розетки натягивала трусики и чулки?..
На офис наплевать. Если они устанавливали камеру в букет и розетку в одно и то же время, то раз тридцать посмотрели, как я крашу губы, и еще раз двести – как я поправляю на плечах лямки бюстгальтера. Но квартира… Мама родная…
– Послушай, черт тебя побери! – вскипела я. – Кто вы такой, Ползунов?! Кажется, я допустила большую ошибку, не попросив вас предъявить удостоверение еще в первый раз.
– Допустили, – согласился толстяк, вынул из кармашка пиджака красные корочки и выложил на стол.
