– Если я Турмалин, – морщась, выговорила преображённая королева, – тогда кто… И где… Рубин?
Глава 18
Зеленоватая вспышка молнии высветила жуткую кривую гримасу на оскаленной морде старой королевы."
"– Нет никакой Рубин и не было! – прошипела она со злорадной ухмылкой. – Я её выдумала. Когда королева представляет новую дочь, вопросов не задают. Рубин получилась в точности такая, как мне хотелось… А настоящие всегда меня подводили.
Если Пурпур рассчитывала всех поразить своим признанием, то сильно ошиблась. Турмалин лишь прищурилась и надменно задрала подбородок – такое выражение не раз можно было видеть у королевы Рубин.
– Ваше величество, – обратилась Беда к Турмалин – или Рубин? – я позволю себе посоветовать сначала закончить поединок, а потом уже разбираться, что к чему. У меня есть дракон, который ответит на все вопросы.
Турмалин сурово сжала челюсти.
– Хорошая мысль, – проронила она и в тот же миг с невероятной прытью бросилась на Пурпур, поражая всех свирепостью и мощью. Дважды полоснула по крылу, глубоко запустила когти в плечи и рванула клыками шею.
По небу вновь прокатился гром, заглушая крики дерущихся и гомон зрителей. Беда попятилась, выбираясь из толпы, и направилась обратно к скале, где ждал маленький принц. Со всех сторон доносились обрывки разговоров:
– Кто это такая? Куда подевалась Рубин?
– Что с ней сделала Беда?
– Какая разница – победит же, видно!
– Я помню Турмалин! Думал, королева убила её много лет назад.
– Как может дракон так вот разом измениться? Что за магия такая? У нас в племени больше не водится дракомантов!
– А мне нравилась Рубин! Как бы её вернуть…
Беда снова взлетела на скалу, встречая тревожные взгляды дракона и дракончика.
– Зря ты это, – покрутил носом Хамелеон, – тем более при всех. Будет много вопросов… Мне тут станет неуютно, если начнут показывать когтем.
– Ах, извини, – развела крыльями Беда. – Ну конечно, я должна была позволить Рубин умереть, лишь бы тебе было уютно.
– Где мама? Куда ты её дела? – замахал крылышками Утёс. – Ты говорила, что стала другая, добрая, а сама… – Малыш ударился в слёзы. – Верни мне ма-а-амочку! Верни-и-и!
Проклятая огненная чешуя! Обнять бы его сейчас или хотя бы взять за лапу, как делал Глин, когда кого-нибудь утешал…
– Всё хорошо, маленький принц, – ласково сказала она, приседая и заглядывая малышу в глаза. – Ей придётся немного побыть другой, чтобы победить, но она всё равно твоя мама. Просто больше, сильнее и другого цвета, вот и всё. Она любит тебя так же, как и прежде.
– Не знаю, не знаю, – проворчал Хамелеон. – В неё было напихано столько фальшивой памяти, а теперь… Запросто может изменить отношение к кому угодно, даже к сыну.
Малютка Утёс закрыл мордочку лапами и горько разрыдался.
