Словно услышав мои мысли, раздался голос Ерастова:
— Где Туров? Жив? — он протиснулся сквозь ряды офицеров, и, увидев меня, хлопнул по плечу, — вижу, что жив, не ранен?
— Никак нет, Ваше высокоблагородие. — покачнувшись отчитался я.
— Отлично, докладывай, что здесь произошло, из-за чего весь шум? Или тебе скучно стало?
— Никак нет, — поморщился я от его шутки, и вздохнул, подбирая слова.
— Ваше высокоблагородие, господин премьер-майор, это операция службы безопасности флота. — раздался спасительный голос каплея Гусева, а я выдохнул с облегчением, врать Александру Ярославовичу не хотелось. — Пострадавший, капитан СБ Гривасов, проводил секретную операцию, все подробности можете узнать у нашего начальства. — уверенно и твёрдо отвечал Пётр Фадеевич, выходя вперёд в сопровождении Сергея Боброва из-за спин окруживших нас людей. Оба были чумазы до невозможности, от них несло гарью, и чем-то палёным.
— Да мне плевать, на ваши операции, — вдруг вспылил Ерастов. — Какого лешего здесь мои бойцы делали? Требую немедленного объяснения!
Ну, началось. Извечное противостояние безопасников с флотскими. Как бы не подрались, хотя, не должны, всё же взрослые люди.
— У Вас допуска нет, господин премьер-майор, — присоединился к спору шёпот пришедшего в себя Авнера Световидовича.
— Что значит, нет допуска, Вы за кого меня держите? — из голоса Ерастова можно было вить стальные канаты. — Почему Вы ослушались приказа о возвращении на корабль?
Ох, дело пахнет керосином, и я не знаю чем это закончится. Не представляю, как это видится со стороны, но передо мной сейчас свои же бьются, свои в прямом смысле слова, а я, как бы причина этого.
— Господин унтер-лейтенант. — заметно нервничавший из-за обилия высокопоставленных штаб-офицеров старшина Бобров, путаясь в очерёдности обращений, решился на доклад, и вытянулся по стойке смирно. — Господа, Ваше высокоблагородие, — он отдал честь всем офицерам, — разрешите доложить?
— Докладывай, старшина. — рыкнул премьер-майор, а наш лейтенант просто кивнул.
— Тело злоумышленника не найдено.
— Подтверждаю, — кивнул головой Гусев, — как сквозь палубу провалился, мы всё обыскали.
— Ушёл всё-таки, гнида. — вырвалось у меня, и я испуганно закрыл рот, встретившись глазами с Александром Ярославовичем, взгляд которого просто кипел негодованием. Да и остальные офицеры смотрели на меня, не сказать, чтобы взорами полными фиалок, и обещаниями сладких пирожных к чаю.
— Потом поговорим, — Ерастов моргнул, и несколько раз глубоко вздохнул, успокаиваясь. — Жду доклада от вашего начальства, — обратился он к нашим безопасникам. — Подробного! А сейчас, всем срочно на корабль, у нас боевая тревога!
Как быстро народ появился на складе, с такой же скоростью с него и исчез.
