Мороженое! Есть?

Афгард рассмеялся, низко, с облегчением, и потянулся к холодильнику.

— Сейчас посмотрим.

Он нашёл небольшую упаковку — сливочное, с карамельными прожилками. Но до мороженого дело так и не дошло. Афгард зачерпнул ложечку, поднёс ко рту... и я не выдержала. Притянула его к себе, слизнув сладость с его губ. Он тут же «поплыл» — его руки обхватили мою талию, прижимая так плотно, что он почувствовал: под тонкой тканью пеньюара нет белья.

Он издал звук, похожий на кошачье урчание — глубокий, вибрирующий, от которого по моей спине пробежали мурашки.

— Соблазнительница, — прошептал он, и в следующий миг я уже была в его руках.

Он поднял меня, мои ноги сами обвили его торс, а губы не отрывались от его рта, пока он нёс меня в спальню. Мы рухнули на кровать — он на спину, утягивая меня за собой. Я оседлала его, наслаждаясь моментом: сверху он казался ещё более прекрасным — растрёпанные платиновые волосы, горящие синие глаза, губы, слегка припухшие от поцелуев.

Я хитро улыбнулась и начала спускаться вниз — по его груди, оставляя влажные следы от поцелуев. Мои пальцы скользнули по его животу, чувствуя, как мышцы напрягаются под прикосновениями. Он застонал, когда я добралась до резинки его трусов.

— Алиса... — его голос звучал как предупреждение, но в нём не было и тени сопротивления.

Я медленно стянула ткань, освобождая его. Он был твёрдым, горячим, уже влажным на кончике. Мои пальцы обхватили его, сжали — он резко вдохнул, впиваясь пальцами в простыни.

— Ты... боги... — он не закончил, потому что я наклонилась, коснувшись его языком.

Сначала просто кончиком, едва-едва, пробуя вкус. Затем глубже, обхватывая губами, позволяя ему почувствовать тепло моего рта. Его пальцы впились в мои волосы, но не толкали, не требовали — просто держали, будто боялись, что я исчезну.

Я ускорилась, лаская его языком, чувствуя, как он становится ещё твёрже, как его бёдра непроизвольно двигаются навстречу. Его стоны смешивались с моим именем, а лиафрит под его кожей вспыхивал ярче, серебристые узоры пульсировали в такт его учащённому дыханию.

— Ты... потрясающая... — он выдохнул, запрокинув голову.

Но прежде, чем я успела довести его до края, он остановил меня. Его глаза горели — в них читалось дикое, неконтролируемое желание.

— Не сейчас, — прошептал он. — Я хочу почувствовать твою глубину.

Он снял с меня пеньюар, и я медленно опустилась на него, чувствуя, как он заполняет меня до предела. Мы оба застонали — он от тесноты, я от сладкого растяжения.

— Ты... идеальна, — прошептал он, его руки скользнули к моей груди, обхватывая, лаская.

Он не стал ждать — его губы нашли мои соски, то нежно покусывая, то засасывая глубже‚ пока я не впилась пальцами в его плечи.