Тут у вас, знаете ли, вампиру и то понравится.
Я вздрогнула.
— Комплимент это, леди, комплимент, не бледнейте.
Видимо я действительно вновь побледнела, едва увидела, как едва сколоченные столы покрывают темно-зеленой плотной гардиной. Которая предназначалась для отделения залы с кабинетами от общего зала."
"— Вы, леди, неправильно акценты расставляете, — заметив мое возмущение, продолжил господин Мелоуин, — вот здесь место для стоячих, оно темное должно быть, неприметное, общая зала в ровных тонах, а вот кабинеты привлекать внимание должны, манить, чтобы каждый кто за столиком сидит о кабинете мечтал, думки о нем думал, деньги на него копил, за красивую жизнь, за нее, леди, народ завсегда платить готов. — Пауза, и вдруг несколько смущенное: — Я тамочки ценники у вас чуток поменял, леди. Стало быть обычный чай по одной цене, а вот авторский, тот который вы сами смешали, знатный купаж, кстати, вот он по иной цене быть должон.
— Да там же состав один! — не выдержала я.
— Состав один, — согласился господин Мелоуин, — а идея особая, авторская. Элитный чай, стало быть. От того и цена другая.
И снова все три брата Шилли радостно головой закивали. Они были с господином Мелоуином целиком и полностью согласны!
Но неожиданностью даже для них, стали следующие слова:
— А, господин уважаемый хлебных дел мастер Шилли-старший, по поводу чая я с деловым предложением к вам, что скажете?
— Уважаемый мастер-кондитер почтенный господин Мелоуин, всегда готов к диалогу, — мгновенно отозвался Алех.
Бородатый мужчина кивнул, заложил руки за спину и начал:
— Чай то посредственный, но так, в качестве эксперимента, я бы скупил… часть. Небольшую, процентов восемьдесят.
Чай посредственный?! Я молча опустилась на ближайший стул, уже совершенно ничего не понимая. А Алех видимо что-то понял, потому как важно ответил:
— Чай, уважаемый мастер-кондитер почтенный господин Мелоуин, авторский, элитный, и цена у него, сами понимаете…
— Ну так, господин уважаемый хлебных дел мастер Шилли-старший, автор то у вас свой, местный, стало быть еще намешает.
— Да, — согласился Алех, — но, уважаемый мастер-кондитер почтенный господин Мелоуин, вдохновение требуется, а высшие материи у них и стоимость особая.
Молча поднявшись, я покинула приступивших к торгам мужчин. Мне на этом празднике звонкой монеты делать было нечего. Разве что…
— Господин Мелоуин, можно вас на мгновение? — уже отойдя от них, попросила я.
— Запомните вашу мысль, господин уважаемый хлебных дел мастер Шилли-старший, приказал мужчина, развернулся и поспешил ко мне.
Причем шел он до крайности неправильно — как-то не так. Диссонанс мне, целителю, был заметен.
— И я вас очень внимательно слушаю, уважаемая леди, — произнес господин Мелоуин, подойдя.
