– Понятых ищите, – хрипловато произнес Мазаев, не отводя глаз от раскрытого пакета.

На дне его, под чугунной сковородой и грязной крышкой от кастрюли, виднелся острый край топора.

Маша написала первые две страницы сценария через пень-колоду, и на третьей дело окончательно встало. Как она ни уговаривала себя, как ни пыталась придумать интересные, неизбитые реплики, раскрывающие тему, в голову лезло только одно – «жара»… В самом доме было прохладно, но здесь, под крышей мансарды, казалось, застывал даже ветер, влетавший в окно. Сонная пчела залетела внутрь, лениво покружилась вокруг ноутбука и вылетела обратно.

«Хочу быть пчелой, – подумала Маша. – Забраться в цветок, ковыряться в пыльце…»

Маше представилось, как Вероника, Сергей, Макар и дети идут сейчас через поле, в котором качаются васильки, и ей стало безумно жалко, что в такой прекрасный день она решила остаться дома. «Все равно ведь не работается…» – мысленно заныла она, обдумывая, не бросить ли все и не отправиться ли следом за всей компанией. Но тут же вспомнила лицо редактора, строго напоминающего о том, сколько сценариев нужно для передачи на лето, и поняла, что компания и купание в озере откладываются. Работать так работать.

Но Машин мозг, плавящийся от жары, считал иначе. Он подсовывал видения озер, морей, огромных океанов, в которых плескались киты, пуская вверх фонтаны всего, чего угодно, но только не сценариев. Маша постаралась представить мышку и зайчика, но и они прыгали в воду, поднимая брызги. Перед ее мысленным взглядом возник ежик в спортивной майке и шортах, стремительно плывущий под водой. Колючки у него колыхались, как водоросли, а зубастой пастью ежик стремительно ухватывал мелких рыбок, не успевших проскользнуть мимо. «Господи, бред какой…»

Она открыла глаза, и видение с подводным ежиком исчезло. Зато Маша почувствовала, что ее знобит. Спустилась вниз, достала из Вероникиной аптечки градусник и сунула под мышку. Поднялась обратно в мансарду и, прижимая к себе руку, уставилась на экран, где обрывалась незаконченная строчка.

Минут десять думала, как закончить предложение. Потом спохватилась, вытащила градусник и охнула, разглядывая ртутный столбик термометра. Тридцать восемь и три! Замечательно. Вот и поработала…

– Как же я умудрилась заболеть в такую жару? – спросила она сама себя.

Стало окончательно ясно, что сегодня сценарий не будет дописан. Голова отяжелела, озноб не прекращался. Выключив компьютер, Маша решила спуститься вниз и сделать горячий чай, а заодно принять что-нибудь противопростудное. Но, подойдя к двери, она вдруг почувствовала такую слабость, что сразу передумала, залезла в кровать, под теплое одеяло, и облегченно закрыла глаза.