17
0
Взгляды присутствующих тут же замерли над моей головой. Я почувствовала себя неловко.
В этом мире никто не может увидеть и оценить чужую магию, разве что последствия ее использования. Поэтому магический потенциал оценивают по ауре. Чем сильнее потенциал – тем ярче аура. Но я, наверное, единственный маг без потенциала. Потому что не обладаю магией в общепринятом смысле.
И вот сейчас все начали шептаться, удивляясь моему скромному желто-красному контуру. Желтый – цвет человека. Но в нем появились красные линии, когда на балу Айзен признал меня своей парой.
– Моя невеста сильнее, чем кажется, – процедил принц, начиная терять терпение.
– О, здесь смущаться не стоит, – отмахнулась королева. – Ведь речь идет о престолонаследии. Это очень серьезно. Идем-ка, милая, поговорим.
Мне не оставалось ничего другого, как только бросить жалобный взгляд на Айзена и последовать за Розалиной. Ведь королевам, как и королям, не отказывают.
Розалина заняла место на кушетке, а мне указала на бархатную подушечку, которую фрейлины положили у ее ног.
Пришлось сесть. Айзен с самым воинственным видом встал рядом со мной.
– Не пугай моих фрейлин, – сказала ему королева.
Они обменялись взглядами – жесткими, цепкими. И я поняла, что их отношения не так дружелюбны, как мне показалось сначала. Наверняка Айзен недолюбливает мачеху, ведь она заняла место его матери. А Розалина с удовольствием бы сделала наследником собственного сына. Зачем ей чужой?
Тем временем королева с мягкой улыбкой обратилась ко мне:
– Это правда, что ты воспитывалась в закрытой общине без доступа к магии?
– Да, это так, – ответил Айзен прежде, чем я успела подобрать слова.
– Да нет, очень важно! – сквозь безмятежную маску на лице Розалины проступило раздражение. – Твоя невеста не просто младшая леди, она дочь Ротберга Сарраха! Он мог заполучить любую драконицу, любая пошла бы с ним, но он почему-то решил, что случайную человечку оплодотворить куда лучше.
Я сжала зубы и опустила взгляд, чтобы никто не прочитал моих мыслей.
Похоже, королева все еще испытывает обиду на Ротберга. Только за что? Это же не он ее бросил, это она отказалась бежать с ним. И очень умно поступила, если учесть, что стало потом с ними двумя.
Но мне все-таки неприятно, ведь речь идет о моем отце. Хотя я только недавно о нем узнала.
– Ваше величество, выбирайте слова, – угрожающим шепотом заметил Айзен. – Оскорбляя мою суженую, вы оскорбляете меня.
– Что? Ох, прости, я не хотела никого обидеть.
Ее улыбка и тон казались фальшивыми. Она хотела меня задеть и сделала это. Но мне пришлось все проглотить.
