— Это все Их Величество Гийом Восьмой Деятельный, — с умным видом вздохнула Соланж, — и его идеи о ценности труда для всех сословий…
— Бог ты мой, — с веселым и фальшивым волнением воскликнул Рауль, — девочка моя, неужели ты где-то раздобыла газету? Обещай мне никогда больше не читать эту дрянь!
— Да ну тебя, — надулась Соланж, — не такая уж я и дурочка, как вы с Жанной считаете.
— Разумеется, нет, — он галантно поцеловал кончики ее пальцев, улыбнулся ярко и открыто, а после повернулся к Маргарет. — Вперед, моя милая Пруденс, составим опись! Вы же умеете писать и считать, верно?
— Я пишу на двух языках, — с достоинством уведомила она его, преисполнившись сомнениями.
Потом ей пришла в голову новая мысль: как удачно можно совместить запланированную уборку и эту бесполезную опись. Жанна не позволит продать замок, Раулю не сломить ее упрямую одержимость.
— Начнем с комнаты вашей прошлой экономки, — повелела Маргарет, даже не подумав смягчить интонации.
— С кем? — рассеянно уточнил Рауль, поднимаясь следом за ней по широкой лестнице.
— Да с экономкой же, — нетерпеливо повторила Маргарет, — старушка просто померла, не придумав, кому завещать свои парики?
— Экономка, экономка, — задумался Рауль. — Знаете, Пруденс, при жизни отца я редко бывал здесь.
И он легко и охотно спорхнул вниз, будто делать ему было больше нечего, чем выяснять такие глупости.
Маргарет остановилась, прислушиваясь к разговору в столовой.
— Глэдис — злая ведьма — Дюран, вот как ее звали, — без сомнений и колебаний сообщила Соланж. — Ух, как мы с Жанной ее ненавидели! А отец вечно таскался за ее юбками. «Госпожа Дюран, посоветуйте, что делать с бородавкой, да продать ли охотничьи угодья на востоке»… По всякому делу бегал к этой старухе.
— И куда она делась после смерти отца?"
"— Так до этого еще сгинула.









