Тело мое только верните!
На конюшне Дарстен подсадил меня на лошадь, и мы поскакали в сторону леса. Как-то так получилось, что добрались до него в молчании. Супруг был сдержан и начинать разговор не спешил, а я была мыслями уже дома и не донимала его вопросами.
Углубившись в лес, мы съехали с тропы. Немного попетляли между деревьями и остановились. Дарстен помог мне спуститься, привязал лошадей. Вспыхнул портал.
Мы оказались опять в лесу, перед какой-то старой избушкой.
– Дениэль!
– Иду! Как, даже чаю попить не зайдете? – в своей насмешливой манере спросил Берийский, появившийся в проеме покосившейся двери. Одет он был во все черное, как и подобает мрачным некромантам. Узкие брюки заправлены в сапоги, легкая куртка застегнута под самое горло.
– Саквояж тебе зачем? – спросил Дарстен, и только тогда я заметила у него в руке кожаную дорожную сумку.
– Необходимые вещи, – сообщил тот и хлопнул дверью, сбегая по ступенькам крыльца. Улыбнулся мне: – Доброе утро, Аня! Ну как, готовы попрощаться с этим миром?
– Да.
– Тогда прошу за мной.
Вопреки моим ожиданиям шли мы долго. Участок суши закончился, и земля под ногами стала более влажной. Местность была болотистая, но Берийский ловко лавировал, находя сухие участки, хотя никакой тропы я не заметила. Шел он уверенно и целенаправленно.
При всей своей отстраненности Дарстен шел совсем рядом и поддерживал меня за локоть при надобности.
– Почему нельзя было переместиться сразу к храму? – решилась я спросить. – Чтобы не отследили?
– И это тоже. Но в основном потому, что любые перемещения на болотах дают искажения. Неизвестно, куда выбросит в итоге.
– А не опасно в таком месте ритуал проводить?
– Данная аномалия сыграет только на руку. Храм является местом силы, и искажения поля лишь помогут.
Впереди появился просвет, и я замолчала, увидев серые камни, вросшие в землю. Может, это был когда-то храм, но сейчас от него остались лишь обломки стен. Внутри камней было меньше. Такое чувство, что кладка обвалилась не от старости, а как будто храм взорвали изнутри.
Что поражало, так это гладкий прямоугольный камень в середине, высотой мне по пояс. Белый, с закругленными краями, он лежал на ровной площадке, состоящей из черных плит. Плиты были подогнаны настолько хорошо, что между ними не проросло ни травинки. Удивительное мастерство в сравнении с грубой отделкой стен.
Подойдя поближе, я увидела, что поверхность плит испещрена символами. От плит отходили желобки, создавая причудливый узор. Воображению представилась кровь, заливающая белый камень и ручьями стекающая в них по плитам. Брр! Хотелось надеяться, что это была кровь животных.
