При звуке шагов вздрагивала, научившись отличать его шаги от остальных, с точностью до тысячи процентов.
Помешалась? Да. Отрицать нет смысла.
Так вот после трёх недель муж соизволил явиться, да не просто явиться, а явиться пьяным в самую стельку. Демонстрируя всему миру свой откровенно помятый вид.
Держась за стенку, посмотрел на шокированных меня и Фаину и пошатываясь поднялся по лестнице. Молча.
– Вернулся всё-таки, – зло и тихо выплюнула женщина.
Я промолчала. Смотрела на него и думала, что он предатель, бросил меня тут наедине с Давидом. Который в свою очередь меня никак не трогал, я просто знала, что он почти каждый вечер дома. Где-то там в глубине дома и теоретически может сделать то же самое что в прошлый раз! Кожа ещё помнит его руки, меня жжёт в этих местах!
Научилась закрывать на замок дверь, теперь я опасалась, что он зайдёт и не хотела этого. Он не приходил, ни разу не заговорил со мной, и мы не оставалась наедине друг с другом. Было ли от этого легче? Отчасти да, в целом – нет.
После того как Фархад вернулся он стал другим. Полностью замороженным, словно его выкачали изнутри. Меня, конечно, интересовала больше моя жизнь, но я всё равно от него зависела. Зависела и продолжала тянуть жалкое существование. Понимая, что мы всё же половинки одного целого и это одно, называется просто, «боль». В самой глубине глаз этого мужчины плескалась бескрайняя тоска, настолько сильно топя его, что я порывалась спросить, что случилось. Мне хотелось помочь. Не знаю, чем, может быть просто поговорить, послушать его и выплеснуть свою боль. Но нет. Он не давал шанса никому подступиться. Поэтому мой сосуд наполнялся день ото дня, и я тихо захлёбывалась, не имея возможности поделиться ни с кем. Фархад один единственный кто знал про меня больше, чем нужно было и только ему одному я могла бы поплакаться. Если бы он дал такую возможность. Только вот нет. Мой муж свою трагедию переживал сам.
Почему я решила, что это трагедия? Я сама была такой и это ни так сложно. Мы видим в людях именно то, что есть в нас самих.
Но, всё-таки что-то приятное произошло. Арман стал приходить постоянно, соответственно я, чаще вооружившись горячим, собственно сваренным кофе, приходила в кабинет. Не знаю, что они обсуждали, я не слушала никогда, все мои мысли были направленны на концентрацию внутри себя. Так боялась упасть в его глазах, что больше ни о чём не могла думать.
Время неумолимо бежало вперёд, с каждым днём вынуждая задумываться о том, что я делаю что-то совершенно ни то, но никак не могу понять, что именно. Такая суровая правда…
Глава 6
Точкой невозврата стал именно этот день. Я точно знаю. Маховик запустился именно тогда.
Правда, просыпаясь утром, я ещё об этом не знала. И к лучшему.
