О, в жизни она оказалась куда более опасна, чем на снимке, флюиды опасности прямо-таки искрились вокруг этой роковой женщины! Нужно быть таким оторванным от земной жизни, каким был профессор Густавссон, чтобы не замечать столь очевидных вещей. «Милый-милый, доверчивый Эрик, наверное, ты и в самом деле очень талантлив в своих загадочных науках, но в обычной жизни ты ничего не понимаешь, ты способен поскользнуться на ровном месте, не говоря уже о том, чтобы попасть в заранее расставленную для тебя ловушку. Ну ничего, теперь все эти бытовые проблемы больше не будут тебя касаться, – подумала с любовью Ингела. – Теперь я смогу защитить тебя – навсегда и ото всех».
Конечно, еще какое-то время он будет думать, что совершил огромную ошибку, взяв ее с собой на рыбацкую ферму. Только благодаря этому она и узнала, где находится русская. Вовсе это не было ошибкой с вашей стороны, дорогой профессор Густавссон! Это само провидение вмешалось в ситуацию, чтобы спасти от неприятностей вас и подарить наконец давно желанное счастье скромной норвежской девушке Ингеле. Ничего, когда-нибудь это поймет и сам профессор, хотя поначалу, наверное, будет сердиться на Ингелу. А потом поймет и простит. Это если еще узнает, каким образом она здесь замешана.
Девушка постаралась сделать так, чтобы не оставить своих следов. Охранники на рыбацкой ферме не видели ее в полицейской машине. Да и в самой полиции никаких заявлений она не оставляла, младший инспектор Юхан Боргнэс, давно уже питавший растущие симпатии к дочери своего старшего коллеги, просто оказал ей дружескую услугу. При этом он вовсе не нарушал норвежских законов. Наоборот, они сделали все так, как положено было сделать, – помогли скрыться иностранке, которую преследовала мафия с ее родины. Просто не было никаких лишних протоколов и прочих формальностей, только и всего. Раз эти люди на рыбацкой ферме так быстро стушевались, увидев полицейскую форму, значит, закон и справедливость были не в полной мере на их стороне. «А рыжая бестия сама захотела уехать с русским мужчиной, так прямо сразу за него и ухватилась, – неприязненно подумала Ингела, – не вспомнила, наверное, даже на минутку о профессоре Густавссоне, который столько возился с ней. Ну и хорошо, что не вспомнила. О профессоре как раз теперь есть кому позаботиться, не волнуйтесь!»"
"Здесь нужно заметить, что коварство Ингелы было довольно незатейливым. Задача содержала в себе уравнение с классическими составляющими любовного треугольника. Любая девушка в ее возрасте догадалась бы, как следует его решить. Другое дело, что далеко не любая девушка отважилась бы на сам поступок. И этим Ингела сильно отличалась от многих своих сверстниц.
