Лиза на это и рассчитывала.
– А вдруг бы ты продралась сквозь текст? – вдруг спросил Дегтярев. – Лиза рисковала.
– Это невозможно, – помотала я головой, – любой человек через три минуты чтения заснул бы! Повторю: Лиза тщательно подготовилась. Она дама из тусовки, поэтому легко узнала все подробности обо мне: выяснила телефон, адрес, а главное, она поняла – если Даша Васильева узнает, что стала косвенной виновницей похищения ребенка, то непременно кинется искать писателя. И потом, на последней странице книги стояло «Конец первой части». Вторую мне не отправили.
– Но ты могла и не найти автора книги! – забыв про «вы», воскликнул Павел.
Я усмехнулась.
– Верно. И Лиза решила упростить «мисс Марпл» задачу. На пакете, в который была завернута рукопись, был указан точный адрес Владимира, но я разорвала конверт, не обратив внимания на координаты, а потом и вовсе потеряла «нетленку». Но Лиза решила: как только она увидит, что Даша запуталась, госпоже Васильевой позвонят, помогут, подскажут, где искать Благородного. А я, оправдывая ее ожидания, побежала по следу, не обращая внимания на нестыковки.
– Какие? – тут же спросил Павел.
– Их было много, – вздохнула я, – лишь потом я вспомнила все «занозы» и удивилась собственной глупости.
– Например? – настаивал журналист.
– Владимир позвонил мне по телефону и сказал: «Смотри сюжет в новостях по каналу КТК». Лиза убедила графомана, что это заявление меня всполошит. И я на самом деле испугалась, когда поняла, что сумасшедший начал приводить свой план в действие. Мне бы спросить: а откуда Владимир знал, что КТК планирует подобный сюжет? Информация могла попасть к нему лишь из двух источников: либо ее слил кто-то из сотрудников КТК, либо она пришла из семьи Гинзбург. Но я не зациклилась на этой проблеме.
Далее: вспомним о первом письме, которое якобы написал мне Владимир, ну, то послание, где он сообщает о своих намерениях воплотить роман в жизнь. Во-первых, нормальный преступник никогда не оставит такую улику.
– Нормальный! – поднял указательный палец Дегтярев.
– Принято, – кивнула я, – но были с этим письмом и другие странности. Хоть Лиза и пыталась подделаться под стиль Благородного, у нее не очень-то получилось. Мне, правда, мельком показалось, что графоман слишком уж внятно изложил свои мысли, но я отмахнулась от этого соображения. Имелась и еще одна нестыковка. Письмо и рукопись были напечатаны на принтере, на бумаге хорошего качества, а Владимир, как потом выяснилось, писал от руки, брал допотопную машинку и использовал самую дешевую желтую бумагу. Лиза набрала его рукопись на компе и отправила мне, оригинал остался у Мерзкого.
– Как ей это удалось? – поразился Павел.
