Это они тебя выгнали в полночь из дому? Это от них ты бежал, прячась в тени, до самого квартала беженцев из Артании?.. Или Славии, кто их разберет?

Манмурт помолчал, сказал негромко:

– Я не помню, чтоб я выходил ночью…

Мрак повернулся к Аспарду:

– Слыхал?.. Он твой. Тащи в подвал. Думаю, все скажет раньше, чем ты закончишь снимать с него шкуру.

Аспард поднялся, Манмурт вскричал торопливо:

– Погодите!.. Не надо. Я все скажу.

– Погоди, – сказал Аспарду Мрак. – Послушаем чуток, что он врет, а потом в подвал.

Лицо Манмурта еще больше побледнело, он заговорил быстрым шепотом:

– Я не вру!.. Я никогда ничего не замышлял против Его Величества!

– Тебя проследили через весь восточный квартал, – сказал Мрак безжалостно. – Там такое отребье, что приличный человек там не появится даже днем. А ты там расхаживал ночью!.. И в конце концов скрылся в каком-то доме… Говори, с кем встречался? С Зауром?.. С заговорщиками?

Аспард зловеще улыбнулся, окинул взглядом Манмурта с головы до ног, задержал взор на пятках, откуда будет медленно сдирать кожу, она будет трещать, отделяясь от плоти, отрываясь, и на розовом мясе начнут выступать сперва мелкие капли крови, потом все крупнее и крупнее…

Манмурт, смертельно бледный, воскликнул:

– Ваше Величество!.. Покарайте меня за ложь… но только в предательстве я невиновен!

Мрак кивнул, сказал безжалостно:

– Рассказывай.

Аспард вытащил меч, положил на колени. Манмурт вздохнул, заговорил быстро срывающимся голосом:

– Ваше Величество… вы уже знаете, что я никогда не сажусь верхом. Помните, я не смог с вами на охоту?.. Но когда-то я был чуть ли не лучшим конником. У меня была прекрасная конюшня, я покупал и продавал коней, а себе отбирал самых лучших… Словом, однажды я несся через этот проклятый восточный квартал… сгори он огнем!.. Конь подо мной был подобен урагану, я скакал и пел, орал, смеялся… как вдруг через улицу побежал ребенок, за ним метнулась женщина. Я не успел подать коня в сторону, все случилось слишком неожиданно, конь ударил, стоптал, понесся было дальше… И надо бы ехать дальше, сколько мы топчем простолюдинов, они сами виноваты, что вовремя не убираются с дороги! Но я зачем-то, дурак, остановил коня, даже развернул и посмотрел… Они лежали в крови. Молодая женщина и ребенок, девочка лет трех. Мне стало жаль их, я бросил им пару монет, повернул коня и уехал.

Он замолк, его ладони быстро потерли бледные щеки. Мрак поинтересовался в напряженной тишине:

– И все?

– Если бы, – сказал Манмурт с тоской. – Надо было забыть… Я почти так и сделал. Но через неделю как-то проезжал там снова, поинтересовался у прохожего, как дела с женщиной и ребенком, которых сбили конем. Он сказал, что деньги, которые бросил им богатый господин, тут же подобрали воры.