Ее губы распухли от поцелуев, прическа растрепалась, как она ее не собирала, неугомонные братья тормошили локоны снова, рассыпая пряди по хрупким девичьим плечам. Гровер зацеловал каждый ее палец на руках и ногах, а Дюк время от времени ночью подминал под себя и просто лежал на ней, блаженно жмурясь, как волк, отдыхающий на добыче.Сначала Иви стеснялась и не протестовала, но с каждой минутой ее уверенность крепла, братья все больше слушались, и к завтраку вышла юная королева, шпыняющая бедных Томасов в хвост и в гриву. Частью эта бравада была наиграна, чтобы защититься от неизбежного любопытства лиса, частью реальна, слишком восхищенно на нее смотрели Дюк с Гровером.
Хмурый Лесли, не спавший, как и остальная троица, всю ночь, но в отличие от них чувствующий себя паршиво, изумленно наблюдал, как волки собирают завтрак, а розовощекая, с рассеянной улыбкой Иви садится за стол, даже не делая попытки им помочь.
- Хватит, - мило качнула головой лисичка, останавливая Дюка, наливающего горячий ягодный бонс ей в чашку, - и хочу вон ту конфетку.
Гровер стянул из-под руки лиса тарелочку со сладостями и пододвинул Иви. Она небрежно порылась тонкими пальчиками, перебирая яркие обертки. На задумчиво оттопыренные губки заворожено полюбовались все присутствующие мужчины. Особенно было тяжело Лесли, ночные вскрики и тягучие ритмичные стоны рисовали перед ним завораживающие и крайне обидные картины, не последнее место в которых занимали эти самые красные налитые губы.
- Я ночью выслал летуном сообщение нашему юристу в городе, - делился в это время полный планов Гровер, - он купит тебе, Иви, билет в нашем поезде. Оправляемся через три дня.
- Что?! – не выдержал лис, вскочив с места. В глубине души он надеялся, что скоро братья уедут, и он, уже наедине и в спокойной обстановке, решит с лисой, быть ли им вместе. – Какой поезд? Иви, ты согласовала с семьей это сумасшествие?
Лисичка допила бонс и спокойно встала, чтобы собрать чашки. Она не спешила с ответом, в упор рассматривая взъерошенного и криво застегнутого Леса, считающего, что знает ее интересы лучше ее самой. Глаза блондина метали молнии, а когти, появившиеся от неконтролируемой трансформации, драли столешницу с пугающим скрежетом.В глубине души Иви по-прежнему замирала от вида этих упрямо сомкнутых губ, светлых завивающихся вихров и высоких аристократических скул. Лучшая кровь лис, элитные клановые линии породили этот великолепный образчик ума, эффектной внешности и родового самолюбия. Наверное, она будет немного скучать по первой любви, несбывшейся и обидной, болезненной в каждой своей точке, в каждом событии.
- Я уже взрослая, Лесли, - мягко ответила девушка, - и могу принимать решения сама.
- Ты делаешь ошибку, подумай, милая, - почти взмолился лис.
