10
0Миниатюрные ручки скрывает цветастая блузка в тон обуви.
Она кладет на заднее сиденье розовую сумку и куртку. Поворачивается ко мне. Глаза горят, а улыбка озаряет все вокруг.
Нет, я точно как непутёвый подросток. Пялюсь на девушку, как когда-то она на меня на кухне, и языком пошевелить не могу.
Воронцов, ты дурак! Оттаивай быстрее, иначе от тебя сбегут.
— Это тебе, — протягиваю ей букет, который Алиса покрепче сжимает и вдыхает аромат ромашек. Сегодня она выглядит веселее. Глазки светятся. Это радует.
Отъезжаю от особняка и вливаюсь в поток машин на главной дороге.
— Куда мы пойдем? — нарушает тишину Алиса через несколько минут, когда я сворачиваю в сторону развлекательного центра.
— Скоро сама все увидишь.
Останавливаемся. Выходим из машины, оставив там все вещи. Беру лишь телефон и паспорт.
— Ролики? — ахает Алиса при виде ограждения и катающихся людей. — Лет пять на них не каталась.
— Наверстаешь упущенное, — шепчу ей на ухо, от чего она дергается и очаровательно краснеет. — Будет весело. Обещаю.
И я не соврал. Так как и правда стоит нам выйти на корт, смех становится нашим постоянным спутником.
Сначала я еле-еле передвигаю ногами, стараясь не рухнуть мордой в пол. Последний раз рассекал корт в шестнадцатилетнем возрасте. Уже десять лет прошло, как не гоняю.
Потом Алиса обнималась с перилами, не решаясь двигаться дальше. Она выглядела еще неуклюжее, чем я. Как ребенок, впервые научившийся ходить.
Качала головой, когда я уговаривал ее подъехать ко мне и довериться моим крепким рукам. Смеялась от своей собственной неловкости.
— Иди-ка сюда, — под ее громкий визг на весь центр, хватаю Алису за талию и утягиваю на середину корта.
Боже! Пальцы покалывают мелкие импульсы. В нос ударяет цитрусовый аромат духов. Сердце так сильно бьется в груди, что сейчас выпрыгнет и пойдет гулять как в мультиках Warner Bros.
— Теперь тебе не страшно? — шепчу в макушку, наслаждаясь близостью ее миниатюрного тела.
Какая же она маленькая. Нежная, милая. Как невинный ангел, у которого…
— О Боже мой! Тимур! — морщусь от прикосновения чужой руки к плечу.
Если с Алисой сплошное удовольствие греет душу. То при виде рыжего силикона с красными губами отвращение вызывает приступ тошноты.
Хочется помыться, а одежду сжечь.
— Отпусти меня, пожалуйста.
Алиса дрожит, вырывается. Ей неприятно быть в обществе девки, с которой я наверняка когда-то спал, но даже имени ее не помню. Обычный одноразовый секс.
— Спокойно, кошечка, — еще крепче сжимаю, держа ее руки в своей, чтобы ногти в ход не пустила.
— Тимурчик, мой дорогой, — голос грубый. То ли пропитый, то ли прокуренный. Явно я трахал ее в далеком прошлом. — Давай как-нибудь встретимся. Вспомним былое. Я — Карина.
