Цена моей одержимости

Расслабляюсь, облегченно вздыхаю и уже собираюсь сесть в плетеное кресло, как чувствую легкое покалывание на коже.

Как будто чей-то пронзительный, недовольный взгляд пробегается по телу. Ладошки потеют, сердце пускается в пляс. Кровь воспламеняется, в горле застревает ком.

Мне одновременно и не уютно, и очень приятно, что кто-то разглядывает меня, клеймит. Возможно, раздевает мысленно.

Смотрю в гостиную и столбенею. Возможно, дышать перестаю.

Тимур.

Это он глаз с меня не сводит. Наблюдает как коршун за невинной жертвой. Руки сложены на вздымающейся груди. На лице тень недовольства.

Нас разделяет несколько метров, но я отчетливо слышу скрип его зубов и злобное рычание."

"Сидящая рядом с ним девка лезет к нему с поцелуем, но он просто отталкивает ее от себя и продолжает жалить меня взглядом. Оставляя невидимые отметины, как будто я в чем-то провинилась.

— Может тебе принести что-то покрепче? Алиса?

Совсем забыла про Витю. Я словно в другой реальности сейчас побывала. Плохо соображаю.

— Что? — не особо вникала в смысл его слов.

— Я принесу нам выпить, — тут же исчезает в доме, дав мне возможность в себя прийти.

Что это сейчас было? Сон? Иллюзия? Моя грешная фантазия?

Во мне кипит адреналин и еле сдерживая радость. Такой, как Воронцов, глаз с меня не сводил. Не обращал внимания на силикон сидящий рядом, а просто глазел в мою сторону.

Боже! Кому расскажи, не поверят.

Снова смотрю вглубь гостиной. Тимура нет. Той девки тоже.

Неужели, они наверх поднялись?

Тошнота подкатывает к горлу, стоит представить, чем они там занимаются. Становится мерзко, противно. Всю радость выкачивают из организма. Оставляя лишь сплошное разочарование.

Витя тоже куда-то запропастился. Должно быть, и он нашел компанию получше, более сговорчивую.

Как жаль. А вроде бы казался очень милым парнем. Первое впечатление обманчиво.

Не хочу здесь больше оставаться, делать мне тут больше нечего. Нужно вызвать такси и возвращаться домой, вновь проведя вечер в гордом одиночестве.

С трудом пробираюсь до входной двери. Забираю из шкафа легкую курточку и покидаю особняк Воронцовых.

На улице народа ничуть не меньше, чем в доме. Все танцуют, пьют и веселятся. Еще больше убеждаюсь, что это все не моё.

Открываю в телефоне программу такси и уже собираюсь сделать заказ, как кто-то нежно хватает меня за локоть и поворачивает к себе.

В нос ударяет древесный запах его туалетной воды, смешанный с сигаретным дымом. На губах порочная улыбка, а глаза весело блестят. Каменная стена по имени Тимур Воронцов заставляет голову кружиться, а язык пристать к небу.

— Вижу, ты уже домой собралась, малышка.

Кто-нибудь несите мне аппарат искусственного дыхания. У меня какие-то серьезные проблемы начинаются.