Она поднимает голову, смотрит на меня и робко говорит:

– Плохой из меня телохранитель, да?

– Что есть то есть, – с усмешкой отвечаю ей.

Раз она шутить пытается, значит, точно в порядке. Я вспоминаю наш с ней пранк, и настроение слегка поднимается. Кто бы мог подумать, что эта скромница так дерзко и уверенно впишется в мою историю и станет заливать Боре про то, какое у нее оружие спрятано под этим жутким пиджаком.

– Ты круто подыгрываешь, – озвучиваю я свои мысли и тут же с любопытством спрашиваю о том, что меня реально удивило: – А откуда такие познания в марках пистолетов?

– Да так, – неопределенно отвечает она, чуть смутившись, и осторожно улыбается.

Сейчас, когда ее всегда зализанные волосы неаккуратно взъерошены и несколько светлых прядей падает на лицо, она выглядит вовсе не нудной отличницей, а вполне симпатичной девчонкой. Вообще странно, что к ней еще никто яйца не подкатывал – личико у нее в норме. Особенно глазищи эти серые. Прикольные. Светлые-светлые, почти прозрачные, а вокруг темная обводка. И губки милые. Розовые, без следа помады и всяких липких блесков, которые меня жутко бесят: после поцелуев полное ощущение, что какого-то дерьма наелся со вкусом вишни или малины.

Я еще раз смотрю на нее, будто заново оценивая. Нет, она и правда ничего. И пахнет от нее хорошо – не душными духами, а чем-то очень свежим и приятным. Глаза опять же эти…

Но их еще разглядеть надо, а она вечно себе под ноги смотрит, когда идет по колледжу. Никакая, незаметная, как серая мышь. Это меня и зацепило, когда она стояла перед директором, чуть не плача, и уже готова была признаться. Видно же было, что это она кабинет ему разбомбила, но я, блядь, вообще не мог понять, как?! Почему – она? Откуда у этой заучки в сером пиджачке столько наглости?

Загадка? Загадка.

А я обожаю загадки. И терпеть не могу делиться. Вот и забрал эту загадку себе. Да, пришлось заплатить определенную цену и я все еще должен кое-что директору, но оно того стоило. Я отлично развлекся. Гораздо лучше, чем ожидал.

– Зак, – тихо зовет она, отвлекая меня от мыслей, и мне внезапно приятно слышать, как она произносит мое имя.

– Что?

– Можно я поеду домой? Пожалуйста.

Жаль отпускать куклу, тем более, что я опрометчиво пообещал, что больше ничего от нее не потребую, но я все же не полный мудак, так что вызываю такси, а потом набираю номер Макса, чтобы он принес сюда к служебному крыльцу ее куртку и сумку. Подниматься обратно в эту ебаную «Бруснику» мне неохота."

"– А вы что, уезжаете уже? А на вписку к Марьяне разве не поедете? – растерянно спрашивает он и неловко перетаптывается с ноги на ногу. Макс глуповатый парень, но в целом неплохой. Скучный только.

– Может, вернемся, – бросаю я, чтобы он отвязался. – Еще не решили.