Леся прикрыла глаза, со всей силы впившись коготками мне в плечи. Наверняка утром там обнаружится восемь красных полосок. Мысленно хмыкнул и отпустил себя, позволяя инстинктам и дикому желанию взять верх.

Пара минут – и ее лоно сжалось, а сама Леся выгнулась в судорогах оргазма. Коготки снова прошлись по моей коже, обжигая спину. Я не сбавил темп и буквально через два толчка вышел из Леси и кончил...

Обессиленно оперся на локти, лбом прислонившись к ее лбу. Прохладные пальчики Леси прошлись по моим скулам, погладили щеки. Она неловко чмокнула меня и счастливо выдохнула. Перекатившись набок, положил ладонь на ее талию и притянул Лесю поближе, поглаживая нежную кожу на животе.

Впервые за последнюю неделю я был спокоен и умиротворен. Я знал, что ничего еще не закончилось, но этот день решил посвятить нам. Отодвинуть все дела и проблемы и просто насладиться друг другом."

"– Макс, – промурлыкала Леся, потеревшись носом о мое плечо.

Развернулась, снова прижалась ко мне всем телом и блаженно выдохнула. Я провел ладонью по ее спине, обводя пальцем крошечную птицу феникс, набитую на лопатке, и поинтересовался:

– Почему феникс?

– Даже после того, как умирает, он вновь возрождается из пепла, – шепнула она.

Страдальчески прикрыл глаза, решив, что сделаю все, чтобы самому лично разобраться с Колосковым. У меня оставались связи с военных лет, и это был как раз тот случай, когда нужно было ими воспользоваться.

– Лесь, – старательно подбирая слова, заговорил я. – Ты заслуживаешь бОльшего, но сейчас мне нужно кое о чем тебя спросить.

Она запрокинула голову, вглядываясь в мое лицо, и забавно сморщила нос.

– Я не смогу пока устроить ту свадьбу, которую ты заслужила, но хочу, чтобы как можно скорее ты стала моей женой, – выдохнул я, отслеживая ее каждую, даже мельчайшую реакцию.

– А… – она удивленно округлила глаза и порывисто вдохнула.

– Если захочешь – потом сыграем свадьбу. Настоящую. И поедем в свадебное путешествие.

– Макс, – Леся нервно закусила губу, – мне безразлично, какая будет свадьба. И… Главное, чтобы ты был со мной, а штамп – это предрассудки.

Проще было минное поле разминировать, чем вести диалог с женщиной!

– Ты не хочешь? – напряженно спросил я.

– Я не могу, – произнесла Леся с заметным усилием.

– Почему? Ты уже замужем?

– Нет! – вспыхнула она.

Напряглась, села на постели, закутавшись в покрывало, и нахмурила брови.

– Макс, мой официальный диагноз – прогрессирующая шизофрения. Я недееспособна, и у меня есть опекун, без разрешения которого я не могу выйти замуж. И устроиться на работу. И даже выехать за границу, – явно превозмогая себя, призналась Леся, высоко вздернув подбородок, который нервно дрожал.

– Кто опекун? – постарался, чтобы голос звучал ровно.

– Папа.