Катрин убедилась, что купе пустое, и, зайдя внутрь, рухнула на нижнюю полку. Ей нужен был сон, но она боялась отключаться, поэтому просто уставилась в окно. Зелёная лента леса сменилась одноэтажными постройками и заборами. Затем появились многоквартирные дома, магазины, школа. Поезд проехал мимо футбольного поля, где дети гоняли мяч по вытоптанной траве, мелькнул крест старой церкви.
«Интересно, а ведьмы боятся бога? Может, мне стоит обратиться за помощью в храм? Хотя какой храм! Я, кажется, даже некрещёная».
Поезд плавно плыл по рельсам, и те пели свою колыбельную, убаюкивая уставшую маленькую ведьму.
Она не помнила, как переместилась на грязные бетонные ступени какого-то подъезда и начала курить свои любимые тонкие сигареты. Судя по количеству окурков в углу, она сидела там уже давно и кого-то ждала. Снизу доносились звуки шагов. Катрин не нервничала, так как знала кто идёт, и поэтому не убегала.
– Привет, пап, – поздоровалась она с мужчиной, который держал в одной руке метлу, а в другой – початую бутылку портвейна.
– Привет, дочка. Не знал, что ты куришь, – присел он рядом.
– Мама несколько раз находила мои сигареты, ты забыл?
Катрин словно наблюдала за происходящим со стороны. Это были кадры давно забытого кино, открывшие мир, где она помнила родителей и свою обычную жизнь.
– Она убила меня, – сказал мужчина совершенно спокойно.
– Кто? Вера? Но зачем? – ужаснулась Катрин.
Отец не выглядел мёртвым, и она решила, что это сценарий сна. Мужчина откупорил бутылку и сделал глоток.
– Половину жизни я пытался заглушить то, что передалось мне от матери при рождении, – неспешно начал он свой рассказ.
Катрин кивнула. Она прекрасно понимала, о чём речь. Тяжело вздохнув и потерев пальцами веки, отец продолжил:"
"– Понимая, что внутри меня живёт нечто подобное, я решил, что не хочу закончить, как он, – отец сидел к дочери боком и смотрел перед собой, словно делился мыслями со стеной.





