Они много говорили о прошлом с тех пор, как переехали в безопасный дом Некси, о событиях тех трех судьбоносных ночей, которые начались с ее первого контакта с Чэйленом, и о том, что было до того, о ее семье, и его мамэн, о набегах лессеров, колонии.

Что он сделал с отцом за окном их комнаты.

Они оба исцелялись, как и остальные. У них был еще очень длинный путь впереди, но счастье было великим антисептиком для душевных ран, а в доме в горах, где они все жили, было много добра и поддержки.

Вытянув перед собой руку с печеньем, она сказала: — Ура, за нас.

— За нас, — пробормотали они, и орео встретились в центре, словно бокалы.

А потом каждый ел его по-своему. Тео и Амари были извращенцами, от слова вращать. Некси съела свою печеньку в три укуса. Алан затолкал в рот целиком.

И Руди откусил верхушку печенья, используя клыки, как хирургические ножи.

В конце концов, не важно, как ты ешь печенье.

Пока у тебя есть семья, с которой ты можешь им поделиться."