Но с другой стороны, какой смысл охранять дом, в котором некому жить. Если ее собственность может послужить делу, за которое Трейгер отдал жизнь, пусть патриоты забирают все.
– Но, Сирена, Нью-Иорк переполнен тори, .– попыталась отговорить ее Молли. – Любой неверный шаг может стать для вас последним.
– Никто не заподозрит Веронику Уоррен. У старушки есть полное право находиться на британской территории, тем более что она собирается вернуться в Англию. Не бойся, Молли. Женщины в семье Уоррен не из тех, кто позволит каким-то лживым тори перехитрить себя.
Оставшись при своем мнении, горничная последовала за хозяйкой, чтобы помочь ей собраться в дорогу. Сирена направлялась прямиком в зыбучие пески, и не исключено, что они видится в последний раз. Стараясь не поддаваться тревожным предчувствиям, горничная уложила одежду, которая могла понадобиться Сирене во время путешествия, а затем долго смотрела вслед карете, пока та не исчезла за холмом.
Глава 22"
"12 декабря 1776 года
Прислушиваясь к завыванию ветра за окном кареты, Сирена Уоррен – в образе Вероники – собиралась с духом, полная решимости осуществить задуманное. Она навестила Дору Майклс и узнала, что ее дочь живет в штаб-квартире британцев со своим любовником, полковником Пауэллом. Сирена пришла в негодование при мысли, что Оливия не постеснялась выставить напоказ свою связь сразу после смерти мужа. Однако, поразмыслив, решила, что это вполне в духе мачехи, отличавшейся редким бессердечием и эгоизмом.
С мрачной усмешкой на лице Сирена поправила вуаль, взяла трость и, вцепившись в руку лакея, спустилась со ступенек кареты. Нервный озноб охватил ее, когда она медленно двинулась по направлению к зданию, в котором расположилась на зиму ставка генерала Хау. Как странно, думала Сирена, оглядываясь вокруг. Каким далеким кажется тот день, когда она впервые в сопровождении Митчела явилась в штаб-квартиру британцев, мечтая только о балах и празднествах. Как все изменилось с тех пор!
Помедлив, у подножия лестницы в расчете вызвать сочувствие капрала, Сирена сделала вид, что едва стоит на ногах. Она нарочно споткнулась о первую ступеньку, и молодой человек поспешил ей навстречу. Сирена приняла предложенную руку и приступила к осуществлению своего плана: проникнуть в кабинет генерала Хау.
Выслушав просьбу старой дамы, капрал вышел, оставив ее в тревожном ожидании. Сирена застыла перед дверью кабинета, как вдруг услышала знакомый голос: на верхней площадке изгибающейся лестницы стояла Оливия во всем блеске драгоценностей и туалета, приобретенного на деньги Митчела. Заливаясь беззаботным смехом, она держалась с поистине королевским величием.
