Однако меньше всего на свете ей хотелось сознаваться в том, что она неравнодушна к Трейгеру.
Тряхнув головой, чтобы избавиться от назойливых мыслей, Сирена улыбнулась Анне и двум мальчуганам, радостно выбежавшим навстречу. Вид молодой вдовы и осиротевших детей вызвал у нее приступ угрызений совести из-за суетности собственных проблем. Анна напряженно трудилась, стараясь обеспечить семью после гибели мужа, тогда как Сирена не нашла ничего лучше, чем вздыхать о мужчине, которому нет места в ее жизни.
– Что с тобой? – спросила Анна, принимая свертки от подруги.
Сирена прихватила последние пакеты и, лучезарно улыбнувшись, вышла из коляски.
– Оступилась. Надо было смотреть под ноги.
Анна с любопытством взглянула на коробку, которую Сирена держала под мышкой.
– Что все это значит? Помнится, я только спросила, нет ли у тебя лишней формы горничной.
– Да так, кое-какие вещички, которые могут тебе пригодиться. – И Сирена решительно зашагала к дому, надеясь поскорее избавиться от привезенного добра, прежде чем ей смогут помешать.
Анна была чересчур горда, чтобы благосклонно отнестись к подобной благотворительности, и мисс Уоррен не собиралась давать ей повод для подобных предположений. Они знали друг друга всю жизнь, и поступок Сирены был данью многолетней дружбе.
– Это подношения моему отцу от британских офицеров, а ты знаешь, насколько он щепетилен в таких делах. – Сирена поднялась на крыльцо и, обернувшись к Анне, встретила ее недоверчивый взгляд. – Папа так боится, как бы кто-нибудь не счел их взяткой, что попросил меня избавиться от всего. Если ты откажешься взять, придется отдать их кому-нибудь, а мне совсем не хочется мотаться по окрестностям с рукой на перевязи.
Если Сирене и не удалось провести подругу, та проглотила свою гордость: она не могла отрицать, что испытывает финансовые затруднения.
– Ты очень добра, – вымолвила она, увидев в коробке ветчину, говядину, сыр и другие деликатесы, столь редкие теперь в ее доме.
Сирена усмехнулась при виде четырех детских рук, рывшихся в поисках конфет, которые она предусмотрительно запрятала поглубже.
– Благодарить нужно папу. Я это только доставила. – Прежде чем Анна успела ответить, Сирена взяла один из свертков и извлекла из него очаровательное платье. – А это ты наденешь на бал, который папа дает в середине сентября.
Удивленный возглас слетел с губ Анны.
– Я не могу его принять. Оно, наверное, стоит целое состояние.
– Чепуха! – Сирена не собиралась принимать отказ. – Возьмешь и наденешь. Голубой цвет тебе очень идет, ты будешь потрясающе выглядеть. Я не стала бы его привозить, если бы не знала, что оно тебе будет впору.
