Первопроходцы Юпитера тоже не встретили разумной жизни – ни монстроидной, ни гуманоидной, поэтому пополнили галерею чудовищ глазоядными юфангами, поселив их на Сатурне."
"Теперь, когда Солнечная система изучена вдоль и поперек – пусть и остается местом первозданным и пустынным, – чудовища, по общему мнению, переместились в дальний космос. Согласно поверьям, они могут скрываться где угодно, готовые в любой момент наброситься на космонавта, стоит только зазеваться.
Зальцман задавался вопросом, насколько сильно Маглио верит в эти сказки. Пилот носил на запястье маленький амулет для отпугивания чужаков. Или – в продолжение вопроса – насколько сильно Оливер верит в то, что полчища агрессивных инопланетян только и ждут, чтобы разнести их корабль в щепки?
Или – насколько сильно во все это верит он сам? Зальцман понимал, что у него нет иммунитета к страху, хотя и сознавал, что суть всех пугающих историй сводится к одному: где-то там, сразу за границей исследованного пространства, существует разумная жизнь. Встретить братьев по разуму – давняя мечта Земли. И не важно, какими они окажутся. Лишь бы только знать, что в бесконечности космоса мы не одиноки.
Они приземлились ранним утром и к полудню были готовы отправиться на разведку. Зальцман и Оливер отбирали последние пробы воздуха, а Маглио листал книгу комиксов, которую тайно пронес на борт.
– Все в порядке, – сообщил Зальцман, втискиваясь в рубку управления. – Воздух пригоден для дыхания. По составу очень близок к земному. Из местных никто не объявлялся?
Маглио покачал головой. На фронтальной панели обзора – никаких признаков любопытных туземцев.
– Ну тогда навестим их сами. Полная защита, бластеры, дыхательные аппараты и радиопередатчики.
– С кем это ты собрался говорить по радио? – поинтересовался Маглио и тут же воскликнул: – Ну уж нет!
– Да, – улыбнулся Зальцман, распаковывая бластер. – Будешь нас подстраховывать.
– Нет, – обиделся Маглио. – Я хочу в разведку. Я ведь тоже герой, ясно?
– Нет, – отрезал Зальцман, заканчивая спор. – Я возьму тебя завтра утром, если все пройдет хорошо. Но сегодня главное – безопасность.
Зальцман и Оливер выбрались через люк и спустились по изогнутой лестнице на боку корабля. Оливер сошел первым. Он осторожно коснулся ногой земли, словно опасался, что она вот-вот разверзнется, даже несмотря на то что корабль стоял на ней вполне устойчиво.
Спустившись на землю, космонавты помахали Маглио и направились к лесу. Они дышали чужим воздухом, их лица были открыты, а тело защищали почти невесомые, но непроницаемые для излучения скафандры.
– Я поведу, – сказал Зальцман Оливеру, когда они подошли к лесу. Бортинженер то и дело нервно касался оружия.
