Может, там что подходящее найдётся, — быстро ответил Юрген.
— Тащи сюда всё, — кивнул Вадим, решительным жестом расширяя рану.
Ему нужно было обязательно выпустить всю собравшуюся в брюшной полости кровь и найти все крупные вены. К удаче парня, ни аорта, ни крупные артерии задеты не были. Осколки костей не задели жизненно важных органов, лишь немного поцарапав кишечник и мочевой пузырь. Проклиная темноту и отсутствие нормальной операционной, Вадим старательно удалял мелкие осколки, пытаясь осторожно вернуть на место крупные.
Юрген вернулся в дом в сопровождении Рольфа, тащившего на плече огромный сундук. Грохнув его рядом со столом, гигант одним движением откинул в сторону крышку и, отобрав у ближайшего воина факел, прогудел:
— Это самое, Валдин. Глянь сам, что тебе тут подойдёт.
Отложив пинцет, Вадим склонился над сундуком, мысленно проклиная доисторическую медицину. К его вящему удивлению, инструменты ювелира оказались отлично приспособлены для медицинских целей. Здесь нашлись и крошечные щипцы, и маленький молоточек, и даже отвёртка. Но больше всего Вадима порадовали крошечные винты и под стать им сверло, закреплённое в маленькой ручной дрели. Точнее это был коловорот, но в данный момент Вадима это интересовало в последнюю очередь."
"Нашлось в сундуке и несколько тончайших серебряных и золотых листов. Приказав немедленно окунуть их в уксус, Вадим вернулся к операции. Стараясь не отсекать мышцы, он осторожно подобрался к месту перелома и, приложив кусок серебряной пластины, принялся сверлить кость. Закрепив пластину винтами, он начал прилаживать мышцы на место.
Безусловно, посмотри на всё это любой нормальный хирург, Вадима бы уже три раза расстреляли и пять раз повесили, но в данной ситуации другого выхода просто не было. Закончив с костями таза, Вадим обернул сломанную шейку бедренной кости ещё одним листом серебра и, соединив края, снова взялся за сверло. Аккуратно сшив все отсечённые мышцы, он стянул края разреза и начал зашивать.
Свейн быстро развёл в серебряном кубке порошок из второго мешочка и, протянув его Вадиму, тихо сказал:
— Друид велел смазать рану этим, чтобы быстрее зажило.
— Надо было раньше сказать, — мрачно проворчал Вадим. — Главные раны не сверху, а внутри.
Но, заметив, как исказилось лицо немолодого воина, со вздохом запустил в получившуюся мазь кончик ножа. Осторожно смазав получившийся шов, он устало отступил от стола и, подумав, сказал:
— Кормчий, мне нужны несколько тонких досок и кожаные ремни. Надо закрепить ему ногу так, чтобы он не мог ею шевелить.
Всё названное было принесено уже через несколько минут. Парня уложили на спину и, зажав повреждённую ногу между двух досок, плотно обвязали ремнями.
