— Мои сыновья должны жить вместе со мной — на острове, который является их домом, а потом достанется им по наследству. По нашим законам они принадлежат мне.
— Принадлежат? Они — дети, а не вещи, и ни один суд не позволит тебе отобрать их у меня.
Руби была близка к панике, но изо всех сил держала себя в руках.
— Ты думаешь, нет? Ты живешь в доме, который принадлежит твоей сестре, а она до сих пор не выплатила ипотечный кредит. У тебя нет собственных денег, нет работы. Ты нигде не учишься. У тебя нет ничего! Я же могу дать своим сыновьям все — дом, хорошее образование, будущее.
Руби была потрясена — Сандер собрал досье на нее. Тем не менее она решила стоять на своем:
— Возможно. Но дашь ли ты им любовь, а также уверенность в том, что они действительно любимы и нужны тебе? Конечно нет. Ты не любишь их, поскольку совсем не знаешь.
Руби сердцем почувствовала, что Сандер сейчас поднимет вопрос, который она не сможет проигнорировать.
— Я понимаю, что однажды они захотят узнать, кто их отец и откуда он родом, — продолжила молодая женщина.
Ей было трудно признать это. Кстати, мальчики однажды поинтересовались, где папа. Она сказала тогда, что их отец живет в другой стране. Эти слова еще раз напомнили о том, какие лишения терпят ее дети из-за того, что она совершенно бездумно зачала их.
Руби отвела глаза от Сандера, инстинктивно пряча свои внутренние страхи. Когда-нибудь ей придется рассказать мальчикам, как они появились на свет, и эта проблема тяжелым грузом давила на сердце. Пока они просто говорили всем, что папа с ними не живет. Руби отчаянно надеялась, что ей удастся скрывать правду до тех пор, пока они не станут достаточно взрослыми, чтобы понять и не осудить ее.
Сандер пробудил тревогу, которую Руби постоянно пыталась заглушить. Больше всего на свете она хотела быть хорошей матерью, подарить своим мальчикам счастливое детство, дать им ощущение защищенности и безопасности. Она растила их в любви и старательно ограждала от проблем и отношений взрослых людей. Именно по этой причине Руби решила больше никогда ни с кем не встречаться. Бесконечная вереница «дядей» и «отчимов» — это не для ее сыновей.
Злость и паника охватили молодую женщину.
— Зачем тебе это нужно? — возмущенно воскликнула она. — Мальчики для тебя ничего не значат. Им уже пять лет, а ты даже не знал об их существовании.
— Это правда. Но насчет того, что они для меня ничего не значат, ты ошибаешься. Они — моей крови, и этого достаточно. Я должен взять на себя ответственность и воспитывать их в своей семье.
Сандер не собирался рассказывать ей о тех древних, первобытных чувствах, которые охватили его в тот момент, когда он увидел фото близнецов. Мужчина до сих пор не понимал самого себя.
