— Да хватит тебе, — отмахивается. — Я заплачу.

— Нет. Хватит, — отказываюсь. Вот где-где, а здесь я могу это сделать без зазрения совести. — Ты и так меня всегда выручаешь.

— Юль, — строит такую мостику, что я не могу удержаться. Улыбаюсь, но нас прерывает мой телефон. Достаю из сумки звонящий мобильник, удивлённо смотрю на вызывающего абонента.

— Привет, пап, — поднимаю трубку.

— Дочка, привет! — бодро отзывается отец. — Ты на работе?

— Конечно, — отвечаю. — Где ж мне ещё быть?

— Сможешь со мной пообедать? — обескураживает вопросом.

— Смогу, — бормочу задумчиво. Видимо, что-то крайне важное. Просто так он бы не позвонил. Смотрю на часы. — У меня обед через пару часов. Успеешь приехать?

— Успею. —звучит железный ответ. — Адрес присылай.

В назначенное время я захожу в небольшое кафе, расположенное рядом с офисом. Папу вижу издалека. Он сидит за столиком и приподнимается, как только встречается со мной взглядом. Улыбается.

— Дочка! — раскрывает свои объятия. Я обнимаю его в ответ. — Как я соскучился!

— Я тоже, пап, — льну к нему.

Мы некоторое время так и стоим, затем нам приносят уже заказанный папой обед. Он выбрал все, что я люблю! Но другого от него я и не ожидала. Он смотрит на меня очень странно. Вроде бы, как всегда, с нежностью и добротой, но во взгляде застыла невероятная грусть.

— Как твои дела? Как мои внуки? — задаёт вопросы в перерывах между едой.

— Все нормально. Представляешь, что они учудили?

И я начинаю рассказывать историю с сыпью. Папа негромко смеётся, на моей душе становится светло. Присматриваюсь к нему более пристально. Что-то меня все равно напрягает. Его настроение и его внешний вид вызывают явный диссонанс.

— Пап, — отрываю отца от расспросов. Начинаю их сама. — У тебя все хорошо? — впиваюсь в него взглядом.

— Пойдет, — отмахивается.

— Но ведь что-то не так, — не унимаюсь. Если раньше я лишь подозревала, то теперь в этом просто уверена.

— Давай об этом потом, хорошо? — и не дав шанс ответить, переводит разговор в другое русло. — У меня для тебя есть сюрприз.

Папа лезет в сумку, достает оттуда бумаги и ключи, протягивает мне.

— Держи. Это тебе, — вручает прямо в руки. Я недоуменно смотрю на него.

— Мне? — удивлённо изучаю документы в своих руках.

— Тебе, тебе, дочь! — ухмыляется. — Прости, что так долго. Обременение никак не мог снять.

Перед глазами от волнения все разбегается. Раз за разом вчитываюсь в дарственную, внутри все дрожит.

— Пап… — шепчу. Поверить не могу… — Это же трёхкомнатная квартира! — округляю глаза. — Но… как? Почему? Откуда?

— Ты заслужила ее, дочь. Я должен был раньше все вопросы закрыть, но не успел. Прости старика, — все, что он отвечает, смахивая скупую мужскую слезу.