Ритм сердца постепенно восстанавливается. Надо выпить воды, в горле пересохло.

В комнате, которую я делю с Димой, достаю из небольшого холодильника бутылку с минералкой и в несколько глотков осушаю её.

Он смотрит на меня, широко раскрыв глаза от удивления.

Светлый шатен с серыми глазами и чуть ниже меня ростом, но при этом шире в плечах. С детства борьбой занимался.

— Что уже хочется убить их всех? — спрашивает у меня.

Я молча киваю головой.

— Не удивительно… Такой контингент. Одна Ермолаенко чего стоит, хуже десятка пацанов. Я пару лет назад был вожатым в её отряде.

Уже тогда она вытворяла. Сейчас, говорят, девчонка вообще без башки. И симпатичная вроде, но с головой не дружит. Слава Богу, что не мне они в этом году достались, — глянул на меня, понял, что сказал не то. — Извини…

— Да нормально, — нервно провёл по волосам.

— Советую запастись чем-нибудь покрепче валерьянки, — растопырил большой палец и мизинец. — Иначе не вынесешь.

— Алкоголь в лагере запрещён, — напомнил ему указания Матвеевны.

— А ты в лечебных целях, — рассмеялся Диман.

Я только усмехнулся и упал на кровать.

А может и хорошо, что она здесь? Будет время понаблюдать за ней, пообщаться. Понять, в конце концов…

Единственное, чего я не понимал, нахрен оно мне надо? Зачем я хочу ей помочь? Пусть живёт, как хочет!

Но что-то в ней не давало покоя. Подстёгивало к ней. Будь на её месте любая другая нормальная девчонка, я бы подумал, что это чисто мужской интерес, как к девушке. Но не с ней. Она не может нравиться.

Или… Нет! Пресс у неё точно охренительный…

Глава 5

Мать с вечера сказала, что в лагерь меня отвезёт охрана отца. Не доверяют, боятся, что я сбегу.

Можно было бы, но не хочется. Потому натянула на себя брюки и кроптоп в стиле милитари в комплекте с тяжёлыми ботинками военного образца. Жду этих громил на скамейке у подъезда. Мама караулит рядом.

— Если что, звони, — наказывает мне.

— Что ""если что""? — задаю идиотский вопрос.

— Если проблемы будут или обидит кто-нибудь. Хотя кто тебя обидит, — машет в мою сторону рукой. — Ты сама кого хочешь, обидишь.

Я довольно улыбаюсь — это правда.

Подъезжает машина охраны. Закидываю вещи и себя на заднее сиденье.

— Звони, — машет на прощание мать.

Не обещаю.

Дорога занимает около часа. Два года назад я была в этом лагере, мне не понравилось. Персонал какой-то нервный, да и с соседями общего языка не нашли. Родители увезли меня, когда я утырку из другого отряда нос разбила. Нечего было из себя строить принца. Не люблю споры на живых людей.

Директриса лагеря встретила лично, видимо папа подсуетился, и проводила к месту, где собрался почти весь наш гадюшный класс. А ещё там был Он.

У меня внутри всё сжалось от злости.