Скорострельность у светки неплохая, а тут тебе сразу тридцать стволов, да с разных направлений, глядишь кто-то удачно и попадет, зато расход патронов на много меньше и не дефицитных авиационных, а самых обычных.
— Ну не знаю…"
"Короче Колька ушел от меня явно не переубежденным, но поделать он все равно ничего не мог, все же приказ командира. Правда этот жук все же уволок к себе один ШКАС, турельный с прикладом и прихватизировал для него пару цинков авиационных патронов.
На МТС оказался достаточно неплохой станочный парк, и можно было бы кое какие задумки воплотить так сказать в жизнь, но оставаться на ней дольше было нельзя, слишком уж объект заметный и немцы его без своего внимания не оставят. Зуб даю, что они уже на его базе планируют организовать ремонтные мастерские для своей техники. Поэтому мы, и станцию с мастерскими и аэродром подготовили к подрыву и вывели «кнопки» подальше в укромные места.
Отойдя километров на двадцать в лес, устроили временную базу, а тем временем по наводке нашего интенданта отправились на два ближайших склада. Располагались они в лесах и потому уцелели, так же как и их охрана, которую ни кто не удосужился снять. Выставив посты на всех лесных дорогах, мы стали отлавливать окруженцев, которые поодиночке и группами, а порой и довольно большими отрядами по несколько десятков человек пробирались лесами к нашим. Всех их заворачивали к нам, а там дед Павел с парой помощников из примкнувших к нам пограничников и особистов проводил им проверку на вшивость. Несколько раз он таки вычислил провокаторов из наших уродов согласившихся работать на немцев, а один раз и настоящего диверсанта из «Бранденбурга-800».
Дав личному составу хорошо выспаться, в ночь мы двинулись к нашей цели. Совсем небольшой отрезок маршрута пролегал по рокаде идущей с севера на юг. Луна освещала все вокруг как танковый прожектор, над болотами клубился туман и казалось что он из чистого серебра, а дорога ведет нас в какие-то неведомые миры. Наверное под впечатлением лунного света, в памяти, как из толщи мутной воды всплыл отрывок лекции в военной академии: «На войне, — говорил преподаватель, пейзаж перестает существовать сам по себе. Все, что совершается в природе, может влиять на ход боевых действий и должно обязательно приниматься в расчет командиром».
Ближе к полуночи шедшие в головном дозоре десантники остановились, при этом сигнал тревоги они подавать не стали. Когда я подъехал к ним, то моему взору предстало жуткое зрелище. Судя по всему тут отступал наш медсанбат, который нагнали и уничтожили прорвавшиеся немцы. Явно раздавленные танками повозки, лошади и трупы, трупы и снова трупы.
