Я присел напротив, оценивая свою порцию. Ничем не лучше — та же безликая каша со странным привкусом и запахом засохших портянок.

«Ты же известный среди людей? — голос Лахтины возник в моей голове, пропитанный недоумением и возмущением. — Почему тут такие условия?»

«Аристократ, скорее всего, ты имела в виду, — мысленно поправил её, помешивая ложкой неаппетитное варево. — Но там, куда мы отправляемся, это мало что значит. Мы тут по факту все солдаты».

«Я королева! — мысленно вскинулась она, и на её лице отразилось такое негодование, что я невольно усмехнулся. — И не ровня вам…»

«Ты плоская девушка с завышенной самооценкой», — парировал с улыбкой, наблюдая, как её щеки вспыхнули румянцем.

Она открыла рот, собираясь что-то сказать вслух, но вовремя осеклась, вспомнив о своей роли немой служанки. Вместо этого демонстративно отвернулась к окну, всем своим видом показывая оскорблённое величие.

Я потыкал ложкой в кашу, размышляя о ближайших перспективах. Первый шаг — проявить себя в офицерской школе и выяснить, где служит великий князь. Как-то добраться до него, совершить несколько подвигов… Титул, связи… Почти план. Весьма приблизительный, но для начала сойдёт.

По словам Рязанова, до Николаева остался ещё день пути. Именно там мы должны будем пройти эту самую «формальную подготовку», после которой нас распределят по воинским частям.

Задумавшись, я и не заметил, как Лахтина своей ложкой уже орудовала в моей тарелке. Очнулся, только когда она запихивала в рот последний кусок моего хлеба.

— Ты что творишь? — возмутился.

Девушка пожала плечами, продолжая жевать с невинным видом. В её глазах плясали дьявольские огоньки.

«Харчи не достойны королевы, — прозвучал насмешливый голос в моей голове, — но я решила снизойти».

Вот в таких мелочах она и брыкается, показывая остатки своего непреклонного характера. В другой ситуации я бы уже вправил ей мозги, а так… Пусть развлекается. Скучно тут, какое-никакое развлечение.

Раздался стук в дверь — три коротких удара. Я встал и выглянул в коридор. Пусто, ни души. Только у самых ног что-то белело. Конверт. Наклонился, подобрал его и быстро огляделся, проверяя, не наблюдает ли кто. Коридор оставался пустынным, лишь в дальнем его конце маячила спина прапорщика Грынко, удаляющегося в сторону тамбура.

Вернулся в купе, закрыл дверь и перевернул конверт. Пальцы нащупали выдавленный герб — две змеи с общим туловищем. Разломил печать и достал плотный лист дорогой бумаги с золотым обрезом.

На секунду замер, ощутив лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Магия, вплетённая в бумагу, среагировала на прикосновение.

— А я всё думал, когда вы со мной свяжетесь, — произнёс вслух.

P. S Все-таки написал проду и большую сегодня для вас.