Имея в виду тот момент, когда распри между фракциями будут уже закончены.

Я не стал никак реагировать. Герцог меня прекрасно понимает. Я не хочу ослаблять его род. И я не хочу, чтобы эти люди сближались со мной, будучи вассалами Алексея. Если Анжуйские-Захаровы предадут Алексея, это будут уже не те Анжуйские-Захаровы, которых я знаю и уважаю.

— Вы очень благородны, — тяжело вздохнул герцог. — Но, может быть, как раз поэтому вы сможете принять мой дар? Я готов отдать то, что ценно для меня. Огромную ценность. Которая и сама желает перейти к вам.

При его словах Света поёрзала и покраснела.

Сидевшая напротив неё Пожарская округлила глаза, а затем усмехнулась.

Что всё это значит?

Стоп!

Не может быть!

Молчи, герцог! Не смей этого говорить!

— Ваше Высочество! Только вы можете поспособствовать тому, чтобы наши фракции стали ближе друг к другу. Мой господин, Его Высочество Алексей, готов сделать шаг навстречу вам. И я очень жажду, чтобы этот шаг был сделан. Но, ещё больше, его жаждет моя дочь. Ваше Высочество… Я хочу связать узами брака мою семью и семью вашего верного и надёжного соратника. Ваше Высочество, я прошу вас принять в вашу фракцию мою большую ценность. Мою дочь Свету. Позволить ей стать законной женой вашего вассала — графа Максима Белозерова.

Накерова жопа, ну как так-то⁈ Я сюда спешил войну обсуждать, а не вот это вот всё!

В моей голове откровенно ржала Фая, а за столом прыснула со смеху в кулачок Пожарская и закашлялся Батуми.

Глава 24"

"— Что ж… — выдавил я из себя, после трёхсекундной паузы, за время которой у меня взорвался мозг, а затем нехотя собрался в кучу. — Весьма неожиданное предложение, герцог. Прежде всего… Света, — повернулся я к девушке, — а что ты сама скажешь?

Она опустилась свои зелёные глазки и сжалась.

Но лишь на секунду! Раз! И герцогиня вскинулась, гордо выпятив вперёд грудь.

— Я готова выйти замуж за Максима хоть сейчас! — с вызовом произнесла она.

Её щёки пылали, как пламя Фаины Максимовны.

— Зачем тебе это? — спросил я скучающим голосом.

На самом деле мне было любопытно услышать ответ, но надо поддерживать реноме царевича, который по умолчанию ставит себя выше других. И, что более важно, аристократы, которые много общались с царской семьёй, привыкли к такому отношению.

— Ну… — Света снова засмущалась и начала теребить скатерть.

— Скажи как есть, — велел я. — Этот брак необходим для укрепления отношений между двумя фракциями, потому ты и готова пойти на него ради рода и фракции.

— Нет!!! — яростно вскинулась герцогиня. Но, уставившись в мою Зеркальную Маску, снова сбилась: — Точнее… да, политический аспект, несомненно присутствует. Мы же аристократы всё-таки. Но прежде всего это моё искреннее желание! Это я озвучила его папе! Это моя идея!

— Почему? — с нажимом спросил я.