25
0Ему больше не нужны твои услуги! — лицо истеричной дамы исказилось от ярости.
Ольга только схватилась за голову, из глаз брызнули слёзы. Она смотрела на меня с такой мольбой, что внутри всё перевернулось.
Ни минуты покоя! И ведь знал, что эта идея со свадьбой выйдет боком…"
"Преодолевая слабость, поднялся с кровати. Перехватил руку Требуховой, надавил на запястье. Она разжала пальцы с тихим вскриком. Ольга упала, но Вероника уже занесла ногу для удара. Дёрнул её в сторону, заставляя отшатнуться.
— Ты! — в глазах Требуховой плескалось неверие. — Защищаешь подстилку? Она же никто! Просто девка.
Ольга рыдала, закрыв лицо руками. Её плечи тряслись, и каждый всхлип отдавался у меня в висках.
В этот момент в комнате появился Жора. Слуга окинул ситуацию цепким взглядом, его лицо на миг дрогнуло.
— Я же вам сказал, Вероника Сергеевна, что Павел Александрович плохо себя чувствует! — в голосе Георгия прорезалась сталь.
— Вижу… — она выглянула из-за плеча, губы скривились в презрительной усмешке. — Ты только посмотри! Я тут рядом, а он кувыркается с дешёвкой! Да после того, что было… Ты меня видел голой, трогал.
Ольга при этих словах зарыдала ещё громче, сжавшись в комок на полу. В её всхлипах слышалась такая боль.
— Жора, выведи её отсюда! — процедил сквозь зубы, с трудом сдерживая бушующий внутри хаос. — Запри в комнате со служанками и не выпускай. Узнаю — казню!
— Да, господин! — кивнул слуга и попытался подтолкнуть Веронику к выходу.
Хлопок. Ещё один. Голова Жоры мотнулась сначала в одну сторону, потом в другую от пощёчин.
Следующий удар я перехватил. Сжал её запястье и влепил лёгкую пощёчину. Вероника завыла в унисон с Ольгой, на бледной щеке расцвёл алый след.
— Слушай сюда! — дёрнул её за руку, заставляя смотреть в глаза. — Это мои люди! Ты поняла? Их никто не смеет трогать! Никогда! Это мой дом. Если что не устраивает — вали! С твоего отца я взыщу долги!
— Павел Александрович, — повернулся ко мне Жора.
— Не мои проблемы! Видимо, Вероника забыла, где она, как сюда попала и чего мне это стоило, — рыкнул. — Нужно было оставить её там. Пусть бы Зубаровы развлекались.
Требухова рухнула на колени. Синее платье задралось, обнажив стройные ноги и кружевную кромку белья. Вся спесь слетела с неё в один миг.
— Нет! Я прошу! Не надо! — она захлёбывалась словами, вся дрожа. Лицо девушки, только что надменное, исказил животный страх. — Меня…
— Скоро Требуховых не станет, — холодно отрезал я.
