Возможно, прогулку по супермаркету они окончат в здешнем кафе, взяв чаю с куском сладкого пирога. Пирог они тоже станут жевать очень медленно, а чай пить мелкими глотками. А потом домой, к дневной кулинарной передаче.

Пакет макарон. Шесть наименований. Возле кассы Фокс теперь остался лишь один пенсионер. Шивон встала за ним. Он поздоровался с Фокс, и она лениво бросила «привет», отсекая этим возможность продолжать беседу.

— Хороший денек, — все-таки рискнул мужчина. Во рту у него явно не хватало протезов, и мокрый язык пролезал в дырки. Фокс лишь кивнула, видимо, занятая тем, чтобы как можно быстрее подсчитать стоимость его покупок. Взглянув на ленту конвейера, Шивон отметила про себя две вещи. Первая — это что у старика было целых двенадцать наименований. Вторая — что и ей не помешало бы купить яиц.

— Восемь восемьдесят, — сказала Фокс. Рука старика медленно выползла из кармана и стала пересчитывать монеты. Нахмурившись, он пересчитал их заново. Фокс протянула руку и взяла деньги.

— Пятидесяти пенсов не хватает, — объявила Фокс.

— А?

— Здесь не хватает пятидесяти пенсов. Вам придется что-нибудь вернуть.

— Вот, возьмите, пожалуйста, — сказала Шивон, прибавляя к горстке монет еще одну. Старик взглянул на нее, беззубо улыбнулся и поклонился ей. Потом поднял свою сумку и поплелся к выходу."

"Рэйчел Фокс принялась обслуживать следующего покупателя.

— Вот вы думаете, бедный старик, — сказала она, не поднимая глаз. — Но он чуть ли не каждую неделю пытается нас обмануть.

— Ну так насчитайте мне побольше, — сказала Шивон. — Это стоило сделать хотя бы ради того, чтобы он больше не тянул время с новым пересчетом.

Фокс подняла взгляд и вновь опустила его к движущейся ленте конвейера.

— Я где-то вас видела.

— Может, когда посылали мне письма, а, Рэйчел?

Рука, державшая пакет макарон, замерла:

— Откуда вы знаете, как меня зовут?

— Ну, во-первых, это написано на вашем нагрудном значке.

Но Фокс уже вспомнила. Прищурив густо накрашенные глаза, она глядела на Шивон:

— Вы тот коп, что хотела упрятать Марти за решетку.

— Я давала свидетельские показания в суде, — признала Шивон.

— Да, помню… И подговорили одного из ваших запалить пожар.

— Не надо верить бульварным газетам, Рэйчел.

— Но вы ведь ссорились с ним, правда?

— Нет.

— Он говорил мне о вас, сказал, что вы держите на него зуб.

— Уверяю вас, что никакого зуба я на него не держала.

— Тогда как же получилось, что он мертв?

Последняя из покупок Шивон была отложена в сторону, и она уже приготовила десятифунтовую банкноту. Кассирша из соседней кассы застыла, прекратив работу, и, как и ее клиент, прислушивалась к их разговору.

— Могу я поговорить с вами где-нибудь в другом месте, Рэйчел? — Шивон поглядела по сторонам.